"Неотложка" вселенского масштаба

Доказательство?

Восхищалась его талантом, помнила все его мелодии наизусть, хранила его небрежные записи нот, сбегала вместе с ним в кабак, чтобы слушать, плакать, восторгаться его игрой и жарче всех хлопать в ладоши. Доказательство?

Останавливала от безумств, страдая сама — вечные синяки, ссадины, ушибы и разрывы, и ни единого слова укора. Это доказательство? Или нет?!.

А он? Он любил меня?

Не однажды я слышала шепотки за спиной: и неуравновешенная я, и недальновидная, и умом тронувшаяся, и что размениваю свою жизнь на человека, которому не нужна, который не любит и не ценит меня.

А я не верила! Потому что хотела быть с ним, потому что любила!

И я любила бы его всякого – со шрамами или без, с глазами или без них…

Глава 5. Выздоровление Лики

Утро было трудным – мало сна, много работы, в итоге – ломота во всём теле, плохо открывающиеся глаза и тоска в желудке. Но жемчужную воду просить у Всёли не стала – не до того. На границе сна и яви мелькнула догадка, и я вскочила с постели и, как была, неодетая и неприбранная, помчалась в лабораторию – боялась забыть.

— Луковицы, луковицы… Луковички мои… — приплясывала я в одном пеньюаре и с нечёсаным гнездом на голове вокруг второй фляги, в которой покоилась матрица с волосяными луковичками из разных участком скальпа Лики.

Пересчитала. Пять видов волос. Проверила на сильном увеличении туники – большая часть луковиц цела и вполне жизнеспособна. Отлично! И, потирая руки и забыв про завтрак, я потребовала:

— Всёля, форма раны, положение на голове!

И вот передо мной голова.

Лысая, в натуральную величину. Не очень похожа на Лику, но мне не портреты рисовать, а главное там и так видно – синим цветом отмечено поле поражения, россыпь пятен поменьше и совсем маленьких. Синий — это химический ожог. Он во многих местах украшен красными вкраплениями. Это уже порезы, следы от стекла.

— Всёля, сними выкройку поражённого участка и разверни.

Синее пятно будто соскользнуло с медленно вращающейся перед моими глазами головы, развернулось в кляксу с неровными краями.

— Разметь типы волос.

И клякса закрасилась в три разных оттенка. Я потёрла лицо, размышляя, как это красиво разделить на удобные три куска – к виску пойдут тонкие волосинки, это одна матрица, а вот два остальных вида… Я опять посмотрела на картинку.

Представила, как буду это делать и решительно вздохнула.