"Неотложка" вселенского масштаба

Широкий нос дрогнул, губы сжались, по щеке поползла слеза. Но фигурка не сдвинулась ни на чуть-чуть.

— Здесь — ты новая. Ты – Машэ.

— Я не умею Машэ, — сказал она с печалью и бросила короткий любящий взгляд на пустую плошку.

— Будем учиться. Я помогу.

— Будет больно? — спросила она. Лицо неподвижно, а из глаз, что так и смотрят вниз, выкатилась ещё одна слеза.

Ну вот! Ничего не знает, а уже сдалась, приготовилась к неприятностям!

Я снова вспомнила свою историю. Иногда у Игоря бывали приступы «бешеной» любви, я тоже после этого не сразу приходила в себя и какое-то время дёргалась от его прикосновений и даже просто от слишком резких движений.

— Тебе было больно учиться? — спросила осторожно. Глупый вопрос — следы в её организме прямо говорили об этом.

— Учиться больно, выступать больнее.

— Больше не будешь выступать, — строго сказала, чтобы девчонка могла расслабиться.

— А как мужа найти? — вскинула она на меня полные ужаса глаза. Опять я промахнулась – расслабленностью тут и не пахло.

— Ольга, в этом мире женщин много, больше, чем мужчин, и нужно иметь талант, уметь его показать, чтобы заинтересовать мужчину и выйти замуж хотя бы второй или третьей женой. И заинтересовать нужно не внешностью, понимаешь? Потому и бреют на лысо девочек, чтобы ничто не могло отвлечь, помешать рассмотреть их истинный талант. Потом уже, в браке, волосы отпускают какой угодно длины, а пока девушка на выданье, она должна быть без волос.

Надеюсь, глаза у меня остались на месте, потому что с шоком я справлялась с трудом.

— Человек, у которого ты купила Ума-шен, скупал у бедняков девочек, учил их всяким фокусам, ловкости, гибкости, и они становились годным товаром. И вот тогда уже продавал желающим, — тихо нашёптывала Всёля, пока я смотрела в глаза Машэ. — И замуж — это не для неё.

— Почему?

— Ты вчера про кровь спрашивала...

— Да?

— Она не сможет зачать ребёнка в своём мире — там мало магии, а ей для этого нужен мужчина — сильный маг и мир, наполненный, а лучше переполненный магией.

Я только выдохнула длинно — вот так новость. Глянула на девочку, что всё так же дрожа мокрыми ресницами, смотрела на меня.

— Тебе другое предназначено, — проговорила тихо.