Дом с Мавританской башней

В любом случае, экономка и горничные сразу же появились у подножия лестницы.

- Сэр?

- Я поймал привидение, милые дамы, - улыбнулся Лэнгли.

Миссис Симпсон царственно всплыла по лестнице, окинула взглядом свою дочь, вжавшуюся в кресло и отвернулась. Лицо ее лишь слегка дрогнуло.

- Сэр?

Лэнгли опустился в кресло, закинул ногу на ногу и с самым невинным видом поинтересовался:

- Когда я сказал, что не желаю видеть мисс Джеральдин в своем доме, то неясно выразился?

- Сэр?

Миссис Симпсон подошла к дочери, оглядела веревки, а потом залепила девушке пощечину.

- Я и понятия не имела, сэр, что Джеральдин так глупо шутит. Она будет наказана.

- Надеюсь, не только за шутку, но и за лазанье по сундукам в подвале? – неприятно ласковым тоном уточнил мистер Лэнгли и вытащил из кармана халата небольшую игрушку с пищиком (он и издавал тот жуткий скрип), выцветшую и истертую. – Неприятно думать, что, стащив ключи, мисс Симпсон рылась в игрушках моего брата.

- Она будет наказана, сэр, - повторила экономка.

Лэнгли поставил игрушку на кофейный столик, поднялся и, посуровев, взглянул женщине в глаза.

- Еще кое-что, миссис Симпсон. Кто открыл окно?

Экономка буквально на долю секунды стрельнула глазами в сторону окна, выходящего на Белую Дорогу, и лицо ее слегка исказилось, то ли от страха, то ли от раздражения.

- Оно закрыто, сэр.

Лэнгли вскинул брови.

- А с чего вы взяли, мадам, что было открыто именно это окно?

Экономка издала сдавленный хрип.

- Сейчас, - скучающим тоном проговорил Лэнгли, - вы соберете свои вещи, миссис Симпсон, и вместе с дочерью покинете этот дом навсегда. Я позвоню мистеру Пайнсу в Бат, и он выдаст вам расчет.

- Сейчас ночь, - мрачно сказала экономка.

- Как раз управитесь со сборами до рассвета, - пожал плечами Лэнгли. – Мисс Джеральдин вам поможет. И, надеюсь вы оцените мой поступок, я не буду писать о вашем поступке никому из знакомых.

Развернувшись на каблуках своих домашних туфель, он направился наверх. Вирджиния задержалась, но выслушивать ругань миссис Симпсон, раздраженное сипение Джеральдин и сплетни, которыми горничные, не смущаясь, обменивались почти вслух, было выше ее сил.