Спасти Ивановку

Лучше поберегу себя, здоровье в старости пригодится.

Глава 12. "Жизнь без любви или жизнь за любовь"*

Март 1881 года

Ирина Игоревна стояла у зеркала и придирчиво себя разглядывала.

— Глаза по-прежнему молодые, а улыбнусь, и морщинки вокруг глаз набегают. Мне это не нравится.

— Да что ты выдумываешь, — отозвался Матвей, — ничего не изменилось, ни капельки. Ты такая же, как была в нашу первую встречу.

— Скажешь тоже.

— Да так и есть, все давно постарели, а ты все такая же. И для кого тебе молодиться? Мне ты и так нравишься.

Женщина довольно улыбнулась, покрутилась перед зеркалом и вдруг вспомнила:

— Сима говорит, у китайцев есть средство замечательное для омоложения, они его делают из плодов лотоса.

— Лотоса?

— Да, это цветы такие, большие, красивые, растут прямо на воде.

— Никогда таких не видел.

Ах да, в современной Ивановке озера с лотосами искусственные. Но откуда-то же привезли лотосы, они явно растут где-то неподалеку.

Она улыбнулась Матвею:

— Говорят, где-то недалеко есть озеро с лотосами, хотя, может, оно на китайской территории.

— Ну я спрошу у нашего лесника, может, где и есть такое озеро.

— Хорошо бы, если есть, тогда ты привезешь мне их, а Сима средство молодильное изготовит. Да ладно, шучу я про лотосы. Ты лучше у лесника спроси про местность, где тут что. Помнишь, о чем мы говорили?

Матвей пошел на улицу, надо было сходить в лавку да по другим делам.

Возле галантерейной лавки как обычно толпился народ.

— Смотри, смотри, поехала! — показывали пальцами на Аглаю.

— Туда ей и дорога!

Мальчишки громко засвистели, а те, кто посмелей, хотели было бросить в повозку комья грязи, но под суровым взглядом Спиридона не посмели. Бабы наперебой делились новостями:

— Говорят, собралась она на север куда-то!

— А где это?

— Да на самом краю света, небось.

— Я слыхала, там днем и ночью светло, а на улицах бомбы швыряют почем зря! Вот ей там самое место.

— Да нет, врете, бабы, она едет к белым медведям, будет им на нервах играть, как на пианине своей!

В толпе нарастал хохот.

Вдруг кто-то заметил Вацлава, он стоял на той стороне дороги и растерянно глядел вслед удаляющейся повозке.