Трофеи берсерков

Ада нашла свои вещи в царящем вокруг тесном бардаке и принялась аккуратно складывать их в сумку, одновременно пытаясь разбудить лисичек. В ворохе одежды в руку попалась бутылочка с раствором гриба-полевика, не стоило забывать о верном средстве защиты.

Не прошло и четверти часа, как девушки полностью собрались. У каждой получилось по тощему и довольно легкому мешку. Пищевых запасов не осталось, а одежда и некоторые личные вещички много не весили. С собой брали только то, что в состоянии унести на себе.

- Доброе утро, - с улыбкой поприветствовал Слава выбравшуюся из фургона троицу.

О, какой своевременный вопрос! Задав его, Велислав еще на шажок продвинулся в завоевании симпатий. Денис же без слов протянул всем по очереди по длинному шампуру с плотно нанизанными на него кусочками мяса. Показывая, что действие лучше любых слов.

- Где там волчицы? - между делом спросил-проворчал Велислав.

Девушки, как и Борис с Денисом, были слишком заняты завтраком, чтобы отвечать. Крольчатина получилась особенно вкусной, или так казалось из-за длительной голодовки.

Но всполошился стоящий неподалеку Райнис. Он не прочь взглянуть поближе на самку-мечту. Может быть в последний раз, кто знает. Тем более было бы приятно собственноручно ее разбудить.

Как раз когда его нетерпеливая рука потянулась к ткани, прикрывающей вход в фургон, изнутри послышались тихие женские голоса и показались сначала изящные ножки, а следом и вся грациозная фигура Марьи. Очевидно, она подслушивала и ждала удобного момента для появления пред очи беров.

- Привет всем, - Марья обвела компанию своим коронным взглядом. - Нас не представили вчера. Я Марьялена, дочь главы клана Мартена.

Слова текли ручейком, плавно и приветливо, сопровождаемые обаятельной улыбкой. Интонации мягкие и доверительные.

- А это Нелет, моя близкая подруга, почти сестра.

Близкая подруга испуганно и с недоверием таращилась на берсерков, будто ожидала, что те вот-вот перекинутся в кровожадных монстров и нападут.

Ада прикусила губу, незаметно пытаясь вытереть запачканные жиром пальцы и рот. Стало вдруг обидно и неудобно за свой внешний вид, серость и поношенную одежду. Ее и лисичек об именах не спросили, не было никаких церемоний и общепринятой вежливости. Да еще и утром они, как дикарки, первым делом накинулись на еду. Ели быстро, жадно, не уступая берсеркам в силе аппетита.