Огненная избранница Альфы

Лунный свет загораживал человек — крупный мужчина, кажется, черноволосый и, без всякого сомнения, голый.

— Давай руку, ведьма, — грубо приказал он со страшным акцентом, и Агнешка поняла, что в нападении случайности нет, взывать к жалости бесполезно.

Кое-как она приподнялась и протянула руку, как он потребовал. Охнув от боли, почти сразу же оказалась снаружи, сидящей на краю перевернутой набок кареты.

Десятки волков встретили её появление воем.

— Пошевеливайся, — волколак толкнул её в спину, и Агнешка повернулась к нему, хотела спросить, что он от неё хочет, но тот не стал объяснять, а столкнул её с высоты в снег.

— Вставай, — услышала она, выбравшись из сугроба. Поднялась на ноги, не понимая, почему подчиняется его грубым приказам.

Что делать в таких случаях, её не учили. Кругом ходили огромные волки, рычали, сверкали глазами, и лишь один — в человеческом обличии, бесстыдно обнажённый и не пытающийся даже ладонью прикрыться — стоял перед ней.

Она огляделась кругом: карета лежала на боку, судя по кровавым следам и чавканью, все их лошади пали.

Агнешка с трудом сглотнула. Отвела взгляд и тотчас заметила торчащую из глубокого сугроба пару сапог. Она не особо приглядывалась, но сердцем знала — это их кучер, и он, без всякого сомнения, мёртв.

Ни одного из шестерых сопровождающих конников она не увидела.

«Лучше б второе, — взмолилась она про себя. — Может, до людей скорей доберутся, подмогу приведут. Не меня спасут, так Фицу. Пусть хоть ей повезёт пережить эту ночь».

Только какая подмога в безлюдных Стеклянных горах? Биться против волколаков охотников найдётся немного. С вилами да топорами — не найдётся вообще.

Агнешка закрыла глаза и попросила богов подарить ей быструю и лёгкую смерть — или спасти невредимой. Жить хотелось пронзительно, ярко чувствовалось, как по венам течёт кровь, как поднимается грудь, вбирая в себя каждый глоток свежего морозного воздуха, как сердце трепещет.

Волколак что-то сказал по-своему, для Агнешки непонятно, и волки ответили ему рыками, фырканьем. Она сосредоточилась из-за всех сил, чтобы понять, что он там говорит, почему вокруг этот смех, отчего спину продирает мороз до кости, словно тело уже знает ответ и боится его больше всего в этой жизни.