Да прибудет тьма

На ней явно кто-то лежал. И именно этот кто-то вонял как летний мусоропровод. Девушка медленно приблизилась и с опаской потянула за медвежью шкуру. Показались пепельные локоны. Сердце альвы болезненно сжалась. Ожидая, что бесстыжая блондинка не одна, она рывком сдернула покров и отшатнулась, зажав нос.

Обнаженная Исгерд раскинулась на кровати в позе царственной звезды. Белая кожа контрастировала с менее белой простыней, которую Веселина раньше не видела. Девица не являлась обладательницей округлых форм, но имела тонкие изгибы.

Волосы её разметались по подушке, лицо казалось сказочно-кукольным, словно у эльфа из кино. Только не хватало длинных заостренных ушей. Исгерд пошевелилась, низвергнув изо рта новую порцию смрада из гниющих фруктов. Веселину замутило.

— Что ты здесь делаешь? — громко спросила она, толкнув Исгерд в плечо. Веся точно знала, для гостей в доме есть отдельная комната. И не одна. Матс рассказал во время пира.

— Сплю, а ты мне мешаешь, — не открывая глаз, огрызнулась девица.

Выгнувшись всем телом, она потянулась, совершенно не стесняясь своей наготы. Зевнула, обдав новой порцией вони. Повернулась на другой бок, натянула на себя шкуру, которую успела выхватить из рук Веси.

Такой расклад совершенно не устраивал девушку. Она вымоталась и хотела спать, поэтому со всей силы дернула за меховое одеяло. То легко поддалось, увлекая за собой наглую девицу, которая умудрилась завернуться в него как в кокон. Больно ударившись, Исгерд взвыла.

— Ах ты, кошка драная.

Да ты знаешь кто я такая? — перешла на фальцет гостья. — Я тебе этого так не оставлю и всей вашей деревеньке не поздоровится.

Милое личико скривилось в жуткой гримасе. Алебастровая кожа вздулась пузырями и потрескалась. Из проступивших язв потек гной, заполняя комнату тем самым тошнотворным сладким запахом. От омерзения Веселина отшатнулась.

— Ты не представляешь с кем связалась, — прошипела Исгерд наступая. Её лицо снова изменилось, вернувшись к эльфийскому облику, но вонять от этого не перестало.

— Даже представлять не хочу, — обойдя девицу стороной, Веся сорвала с кровати простынь и бросила Исгерд.

— Ты пожалеешь об этом! — продолжала шипеть гостья.

— Господи, как же ты воняешь! — альва помахала перед лицом рукой, отгоняя запахи, которые лезли в нос, заполняли лёгкие, мешая нормально дышать. Её мутило.

— Я уничтожу всё, что тебе дорого. И твоего мужика заберу! Крыса ты амбарная.

От этих слов ярость поднялась в душе Веселины.