Проклятье Белого Лиса

— Что ж... — едва пережив неприятные моменты, самые болезненные из тех, что он успел испытать, Шихан, собравшись с мыслями, протянул ладонь и от чего-то дрогнувшими пальцами прикрыл стеклянные глаза иномирянки. — Я вижу, договор ты соблюдать не умеешь.

— Спокойней, пушистик, — усмехнувшись, юноша предупреждающе вскинул руки, но на пару шагов се-таки отступил. — Уговор дороже денег. Я свою часть сделки выполнил. Вашему воссоединению я не мешал, а что происходит на другом берегу — не мое дело и не моя вотчина. Она была отравлена изначально, смерть уже шла по ее пятам.

— Видишь ли, моя дорогая, обожаемая квакша, — потянувшись, Лис небрежно, неспешно стянул с ног мертвой девушки одну туфлю за другой. В наступившей, острой тишине было слышно, как его искрящиеся когти царапнули речные жемчужинки. — Я приемлю чужую смерть только в одном случае — если она исполнена моими руками.

Отшатнувшись еще сильнее, практически запнувшись о крыльцо, созаран вспылил, уже почуяв, что дело принимает совсем не тот оборот, на который он рассчитывал. От кицунэ, ранее небрежно спокойного теперь исходили столь очевидные волны опасности, что по иллюзии нежити то и дело проходила рябь, являя его истинное, уродливое лицо:

— Но именно от тебя она пришла сюда такой. Не я отравил ее красавкой!

Шихан задумчиво хмыкнул, небрежно поигрывая женскими туфельками без каблука в руках. Изящной работы, явно старинные, они представляли впечатление произведение деревенского искусства, чудом сохранившегося до наших дней.

И медленно переспросил:

— Красавкой? Она же белладонна. Жар, повышенная температура, опухание гортани, сухость и жжение во рту, нарушение зрения, иногда бред и галлюцинации... Смерть, как правило, возникает из-за нарушения дыхания. И все это лишь при наружном нанесении. Занятно. Благодарю за подсказку.

— Ты глухой? Не я ее отравил, слышишь?!

— Ты? — невольно кицунэ перевел взгляд на очевидно напрягшуюся нежить.

Но не успела тварь Завесы вздохнуть с облегчением, как в воздухе ощутимо похолодало. Не поднялся ураган, как это могло было быть, не началась метель, не завыл буран...

А просто туфли, расшитые мелкими, сияющими речными жемчужинами в руках Белого Лиса стали покрываться льдом. Искрящийся слой белых кружев ложился сантиметр за сантиметром, оплетая тонкую кожу, промораживая ее насквозь...