Солнечный страж

Почувствовала невероятное облегчение, когда к нам в комнату ворвалась огненным вихрем Нора и в десять минут помогла мне упаковать все нужные в дороге вещи, которые я до того полдня бесцельно перекладывала с места на место. Слушала за обедом рассказы ребят из отряда о походе и ликвидации магической аномалии, хвастовство бравых воинов друг перед другом и горестные вздохи Рикарда, до дыр просидевшего все штаны в форте.

— И первоцветы появились на пригорках, — чуть смущённо сказал самый молодой из Солнечных стражей.

— Хороши первоцветы, — отозвался другой, наполняя кружку пенным элем, — когда есть кому их привезти.

Говоривший залился краской, но друзья развеселились ещё больше и принялись расспрашивать его, удалась ли прошлая ночь. Отчего-то мне тоже стало вдруг волнительно и весело, трудно было усидеть на месте и дождаться, когда все разойдутся, но к ночи, когда мы остались вдвоём с Эдвином, вновь вернулась тревога. Я в который раз проверила сумку, хотя вещей у меня было совсем немного, в который раз выглянула в окно, где синеватым бархатом висел апрельский вечер, в который раз попыталась занять руки вышивкой…

— Мы что-нибудь придумаем, — не выдержал наконец Солнечный страж, поймал меня за плечи, усадил рядом с собою на кровать, — мы тоже что-нибудь изобретём.

И я поняла, что всё это время он, оказывается, тоже размышлял об этом проклятущем устройстве инквизиторов. И «наша», «наша Лиза» — я ещё не могла раскрыть свою душу настолько, чтобы в неё вместились эти простые, между прочим сказанные слова.

— Нет в мире магии, которую нельзя было бы нейтрализовать, — сказал он, глубоко вдохнув и выдохнув. — Фокусирующие кристаллы придумал не Орден. Они ведь только приспособили их под свои нужды, а значит, другие тоже могут приспособить. Я напишу письмо нашему общему знакомому. Тому, что носит крылья вместо дорожного плаща.

Моё сердце забилось так сильно, что я испугалась, как бы снова не потерять сознание.

— Ты знаешь, как найти Тэрона? Знаешь, где он живёт? — с надеждой спросила я.

— Нет, — улыбнулся Эдвин Сандберг. — Но я знаю того, кто передаст ему сообщение.

С этого вечера, знаю, именно с этого момента в моей жизни начали регулярно происходить чудеса. Даже спустя годы после того, как мы потихоньку спустились по тёмной лестнице, сжимая в руках туго свёрнутую записку, когда рука об руку, держась длинных густых теней, выскользнули из форта и оказались на залитой лунным светом и вечерней дымкой поляне.