Лана из Змейгорода

Испытание

— А откуда ты же ты, смертный, про громовую стрелу проведал?

— И почему с нами знаниями не поделился?

В просторной избе лечебницы, которую еще до Красной горки покинули, разойдясь по домам, последние раненые, снова сделалось тесно. Навестить Яромира и идущего потихоньку на поправку Медведко пришли и смертные во главе с будущим тестем Гордеем, и те из ящеров, которые считали разговоры о необходимости каких-то испытаний стариковским бредом и мелочными счетами. К Лане, на время вынужденного заточения перебравшейся с разрешения Веды в лекарскую, пришли сестрица Даждьроса, Дождирада и другие русалки.

К ним присоединились Гордея и Купава с Бусинкой, навещавшие Медведко едва ли не каждый день. Яромир даже завидовал, хотя имел возможность видеться с Ланой куда чаще, нежели за все предыдущее время их не такого уж долгого знакомства.

Сейчас, впрочем, разговор шел не о предстоящей свадьбе, вернее, даже двух, а о неведомом для ящеров оружии против Нави. Медведко переглянулся с Гордеем, который не отказывался назвать парня сыном и после выздоровления взять отроком в дружину, а потом пояснил:

— Это оружие верхнего мира.

Им Вещие птицы владеют. В руках ящеров оно, возможно, и не поможет. Хотя в посаде любая старуха вам расскажет, что для борьбы с Полуденицами надо кинуть в основание смерча сулицу или нож.

— Слышали о таком, — взъерошив рыжие вихры, кивнул Яромир.

— Самородное стекло в горах есть, можно его и самим наделать, если молнии в ловушки поймать и использовать в качестве наконечников для копий, — загорелся идеей Боемысл.

— Так сказано же, что это оружие Верхнего мира и для ящеров оно не подходит, — напомнил Боеслав.

— Да много ты ящеров, сражающихся копьями, видел? — возразил ему брат.

— Во время битвы всякое случается, — примирительно промолвил Яромир. — Не всегда есть возможность сразу истинное обличье принять. Особенно во время засады или другой какой ловушки, на которые горазда Навь. Потому и учимся сызмальства мечом и копьем владеть.

— Да я, вообще-то, думал о том, чтобы наконечники из громовых стрел прикрепить к копьям смертных и обучить их в небо подниматься верхом, — озвучил идею Боемысл.

— И ты, брат, под седлом у смертного полетишь? — ушам своим не поверил Боеслав.

— Ну я же летал, — дружески хлопнув зардевшегося от смущения Медведко по плечу, усмехнулся Яромир.

— Да он вроде бы не совсем смертный, — с подозрением глянул на парня Боеслав.

— Кстати, да.