Милость богов?

К моменту, как я достигла дна, причём и в буквальном, и в фигуральном смысле, я околела настолько, что даже удержаться на ногах не получалось, и когда я умудрилась приземлиться на относительно ровную поверхность, то просто шлёпнулась на голые скалы и завыла. Холод, страх, боль, отчаяние, столько всего оказывается может глодать изнутри одновременно.

Слёзы все лились и лились, отчего-то не принося никакого облегчения. Поняв всю безрезультативность истерики, я перешла на исконно русский, и от души проехалась и по себе, с открывшейся авантюрной жилкой, и по чешуйчатой твари, по вине которого вообще оказалась в этой ситуации, и по богам, и по скалам, короче, вообще по всему этому миру.

Неизвестно, когда бы у меня закончился словарный запас, как-никак я в строительстве больше десяти лет проработала, из них практически всё время проводя в исключительно мужской компании, причём в основном на стройках и в компаниях работяг, так что разнообразие мыслеобразов у меня богатое. Но закончился мой экспрессивный монолог очень неожиданно, так что даже не успела закончить, где и с чем именно и в чём конкретно, вижу эту опостылевшую крепость.

— Знаешь, я даже заслушался, — раздался сзади голос, от звучания которого я подпрыгнула на месте.

Темнота молчала, а я бессильно вглядывалась в неё в попытках распознать обладателя голоса.

Глава 5.1

Я даже толком испугаться не успела, как на плечи лёг тяжёлый плащ. Странное какое-то чудовище. Кто там, в сказках в горах живёт? Гномы, тролли, орки? Или это только в известной книге про путешествия волшебных аксессуаров так?

А в следующий миг меня внаглую сгребли в кучу, как пушинку, поднимая на руки.

— Ольга, что ты тут делаешь? — раздался насмешливый, знакомый до боли голос. И как я его сразу не узнала?

— Одарн, какого хрена?! Я думала, меня сейчас сожрут! — возмутилась я.

— Если тебе полегчает, то здесь вообще никто не обитает, даже птицы, — успокоил меня бог.

Вот успокоил, так успокоил, прониклась сразу любовью к этому и без того мрачному месту. Главное, что он мой тон проигнорировал, как-то я вконец охамела, на бога орать. Не то чтобы без повода, но берега то надо видеть. И даже крайняя степень испуга не оправдывает такого вопиющего нарушения субординации.

— А можно меня наверх вернуть? — смиренно попросила помощи, и даже взгляд потупила. Уж не знаю, видит ли он в темноте, но с меня не убудет.