Университет драконологии. Книга четвертая. Клятва крови

— Ты со мной?

Неполную минуту Эйнар просто смотрел на нее. И чем дольше длилась эта пауза — тем сильнее нервничала Элизабет. Улыбка медленно сползла с ее губ, между бровей прорисовалась тоненькая вертикальная морщинка.

— Эйнар, не глупи, — уже без прежнего томного придыхания проговорила она. — Я предлагаю тебе так много!

— Я ценю это, Элизабет.

И с этими словами Эйнар прищелкнул пальцами.

— Нет!

Элизабет успела понять, что происходит. Попыталась отпрянуть, но чары лорда протектора уже достигли ее. Окутали в тончайшее зеленоватое марево — и девушка безвольно откинулась на спину в падении, смягченном магией.

— А теперь, моя дорогая, я узнаю, твои ли это мысли или тебе их кто-то подсказал, — проговорил Эйнар и хищно ухмыльнулся.

***

После ухода Эйнара и императрицы воцарилось неловкое молчание. Я обдумывала произошедшее только что, Кеннар же…

Ай, да понятия не имею, чем или кем были заняты мысли Кеннара. Слишком непроницаемым было его лицо.

— Тебе не понравилось шампанское? — вдруг спросил он, подхватив с подноса ближайшего слуги очередной бокал.

— Что? — невольно вырвалось у меня. — О чем вы?

— Ты еще не сделала ни одного глотка, — мягко напомнил Кеннар.

— О, простите.

Только сейчас я вспомнила, что по-прежнему сжимаю в ладони бокал. Поднесла его ко рту и послушно сделала глоток.

Шипучие пузырьки газа слишком сильно ударили мне в нос. От непривычки я поперхнулась и едва не фыркнула шампанским в разные стороны, лишь неимоверным усилием воли не раскашлявшись и не расчихавшись.

— Вижу, не привыкла ты к таким напиткам, — констатировал Кеннар.

А затем взял — и с потрясающим мастерством и ловкостью отобрал из моих рук бокал. Вручил оба — и свой, и мой — ближайшему слуге, после чего протянул мне ладонь в безмолвном приглашении.

Я оторопело воззрилась на нее, не понимая, что ему нужно. Вообще-то, я рассчитывала на то, что мы постоим вдвоем и помолчим до тех пор, пока не вернется Эйнар.

— Амара, у тебя такой ужас на лице написан, как будто ты перед собой нечто ядовитое и смертельно опасное увидела, — лукаво заметил Кеннар, позабавленный моей реакцией.

И в самом деле, по залу поплыли первые ноты вступления к вальсу. Люди зашевелились, освобождая центр просторного помещения. То и дело слышались сдавленные смешки, какие-то отрывистые восклицания, когда придворные дамы отвечали на приглашение кавалеров.