Из рода волхвов

Веселина сочувствующе оглядела его и виновато произнесла:

— Прости, по моей вине те люди пришли в деревню… Все эти жертвы на моей совести.

— Если бы не вы, тетёнька, я бы помер в том колодце, — неожиданно спокойно сказал Войко, во взгляде которого поселилась пустота. — Думаю, вам тоже нелегко пришлось из-за них. Мне... правда очень хочется ненавидеть всех волхвов за то, что они сотворили с моим домом и батькой… Но, наверное, не все из них плохие.

Он посмотрел в сторону Званы, которая умостилась вместе с Вацлавом на печке и о чём-то яро с ним спорила.

Недавний ужас схлынул с неё, словно и не бывало, — и, наверное, за это стоило благодарить ворчливого рыжеволосого паренька. В ней, живой и совершенно искренней, иной раз виднелось больше человеческого, чем в неоторых людях.

Войко поднял на неё задумчивые синие глаза.

— Да и вы ведь не совсем волхва? Та страшная баба назвала вас…

— Полукровкой, — хмыкнула Лина и горько улыбнулась. — Это правда, я не человек и не волхва. И это, пожалуй, главная причина, почему мне последний год приходится мотаться повсюду.

Я не знаю, где мой дом — и есть ли он у меня теперь.

— Я тоже теперь не знаю, — печально отозвался Войко и шмыгнул носом, силясь сдержать накатывающие слёзы. — Кроме батьки у меня никого и не было.

Веселина задумчиво промолчала, озарённая смутной идеей. Неподалёку от северных границ, в Белозёрске, жил дедушкин друг, вместе с которым они раньше какое-то время путешествовали по княжеству. Истр изредка приезжал к ним в Берёзовку, навещал старого товарища и о природе её рождения знал не понаслышке.

Именно он помог им найти дом и начать жизнь с чистого листа. Быть может, если они ненадолго остановятся в Белозёрске, она сможет найти его и передать Войко под его опеку. Уж Истр-то наверняка позаботится о нём как следует…

— Эй вы, а ну развяжите меня сейчас же!

Вацлав утомлённо поморщился и глянул за печку, возле которой сидела сгорбленная тёмная фигурка.

— Командир, наша кикимора проснулась! — крикнул он в соседнюю комнату, откуда слышался плеск воды.

Ян, вытирая ладони полотенцем, вышел к ним и скользнул едким взглядом вдоль разъярённого лица Сони. Связали её — будь здоров. Из такого узла самостоятельно выбраться ни при каких условиях не выйдет, а колдовать она не сможет — запечатывающие руны волхвы предусмотрительно вырезали на её запястье до того, как в себя пришла. Так что теперь куковать ей здесь придётся до тех пор, пока дружки из «Велесова братства» не решат отправиться на поиски своей подружки.