Дыхание ветра

Что же он хотел мне сказать?

Наверное, не стоило убегать. Если отец знал, что произойдёт, он наверняка смог бы мне помочь. Но не теперь, когда я совершенно не имел представления, ни о том, где я теперь нахожусь, ни о том, кто я такой. Безумец или монстр?

Скрепя сердце, я согласился с «условным превращением», хотя такого в принципе не могло произойти, но решил действовать в соответствии с этим представлением, пожить в этом образе, раз уж он так навязчив, глядишь, в процессе морок рассеется. Очень на это надеялся.

К слову, я сильно проголодался, ведь почти сутки ничего не ел.

Раз уж решил не погибать мучительной смертью и считал себя огромным лохматым зверем, уж наверняка не травоядным, так как в моей пасти имелись огромные клыки, я задумал испытать себя, узнать, например, какой из меня охотник.

Осторожно спустился с плато той же тропой, что привела меня наверх, и отправился в лес на охоту, в надежде отыскать какого-нибудь мелкого зверька, например, зайца. Проверить на что я способен в своём помешательстве, так как поймать зверя в лесу — очень не простая задача.

Ну, а если вдруг повезёт — утолить свой ужасный голод.

Осторожно и тихо ступая, медленно двигался по лесу. Принюхивался к лесным запахам, пытаясь определить, где прятались зайцы. Постоянно отмечал, что вёл себя, как лесной зверь. Мог двигаться совершенно бесшумно. Чувствовал множество различных запахов, правда не всегда мог определить, кому они принадлежали. Слышал даже то, что происходило от меня очень далеко.

Случайно наткнувшись на следы огромных лап, отпечатавшиеся в грязи, я вздрогнул.

Следы лап такого размера могли принадлежать только огромному хищнику.

Жутковато было находиться в лесу, зная, что где-то рядом бродит огромный волк, да ещё и пытаться охотиться на его территории. Следовало обойти это место, чтобы не встретиться с ним нос к носу.

Чтобы определить размер волка, поставил свою ногу, хотя в данный момент это была не нога вовсе, в отпечаток его лапы, и поразился — размер отпечатка совпал с размером моей лапы. Значит, эти следы могли принадлежать мне.

Наверное, я мог пронестись здесь вчера, будучи не в себе, не разбирая дороги, когда искал себе убежище.

Поражённо изучал следы, которые выглядели именно как волчьи, и не мог поверить в то, что моё больное воображение может изображать свои фантазии в таких мельчайших подробностях.

Растерянно побрёл дальше, всё ещё надеясь, что морок рассеется. Любое движение давалось невероятно легко, внушая ощущение свободы и единения с природой.