Ангел, шельма и одноглазый кот

Я встала с кровати, поправила ночнушку, которая доходила мне до середины икр и которая смотрелась на мне, как бальное платье на корове, и пошла на голос Сократа.

За ширмой оказалась большая светлая комната, украшенная уже знакомыми мне цветами, с теми самыми виденными мной до обморока занавесками на окнах, сквозь которые просматривался лес. В правом углу находилась дверь на улицу. Рядом вдоль стены стояла длинная деревянная лавка, на которой лежали разные малопонятные мне вещицы.

- Мира? – я повернулась налево и увидела высокую статную женщину, с молодым румяным лицом, большими влажными карими глазами и длинной, почти до пола, толстой темно-русой косой.

Одета она была в длинное темно-коричневое платье в пол, прикрывающее руки и шею.

- Здравствуйте, - чуть отступила я и с трудом сдержала всколыхнувшееся во мне желание поклониться.

- Меня зовут Милена, - светло улыбнулась женщина, пронизывающим взглядом глядя на меня. – Я – хозяйка этого дома.

- Вы… ведьма? – непроизвольно вырвалось у меня.

– Ой, простите. Я не хотела вас обидеть.

- Ничего, - склонила женщина голову на бок, не прекращая улыбаться и изучать меня. – Я не обижаюсь. Но я не ведьма, а колдунья.

- А в чем разница? – нерешительно поинтересовалась я.

- Колдуньи занимаются ритуальной магией, черпают силы из своего внутреннего источника и, как правило, имеют определенную специализацию. Колдуньей можно стать, получив образование и обретя определенные навыки. Ведьмы же передают свои знания исключительно по наследству, никому не раскрывают своих секретов и живут вдалеке от людей, так как им необходим непосредственный контакт с природой, именно она питает и поддерживает ведьм.

- А какая специализация у вас? – непроизвольно сорвалось с моего языка.

- Может быть, мы сначала пообедаем, а потом уже сядем в кружок, возьмемся за руки и начнем обмениваться историями из жизни? - вмешался кот, с самым требовательным видом усевшийся за накрытый к трапезе стол.

- Да, Сократ прав, - поспешно кивнула колдунья и широким жестом пригласила меня присаживаться на один из деревянных стульев, которые выглядели предельно неудобно.

Жесткое, грубо обтесанное сидение, высившееся на четырех квадратных ножках и оборудованное абсолютно прямой спинкой. Эти предметы мебели больше напоминали средство для пыток, чем то, на чем можно с удобством отдохнуть, но едва я аккуратно приземлила на один из стульев свою пятую точку, как сразу же все поняла.