Бас. Любимица Иллари

Только что с дороги, отчетливо пахнущий конским и крепким мужским потом. Фу. Это ж каким козлом надо быть, чтобы, будучи в таком виде, предлагать даме интим?

— Что, не нравлюсь? — оскалил в хищной усмешке зубы мужик. — А то не стесняйся. Закидывай ножки на меня, и я тебя всю помну. Сверху и до самого низа. 

Я наморщила носик.

Ах, вот с чего мальчик такой дерзкий. Оказывается, он тут не один — услышав голоса, из конюшни вышло трое приятелей немытого. А еще трое обернулись от самого крыльца. Одна шайка? Или правильнее сказать, свора, потому что, помимо всего прочего, ребятки оказались оборотнями.

Причем не из благородной волчьей породы, а самые что ни на есть псы. Наименее любимый мною подвид лохматых, от которых не стоило ждать ничего хорошего.

И верно: стоило мне демонстративно шагнуть под прикрытие рыжика, как вся свора гулко расхохоталась. Конечно, вторая лошадь стояла с пустым седлом, и ее, вероятно, посчитали моей. Так что с их точки зрения волк был один, молодой и еще не слишком опытный, а их против него целых семеро.

Скверный расклад, правда? Само собой, они чувствовали себя уверенно. К тому же, волки и псы издревле враждовали друг с другом почти так же, как мы и с теми, и с другими. Но, бездна. Как же все это было некстати!

— Так что, красавица? — продолжал настаивать чернявый. — Давай, не ломайся. Бросай своего волка и айда к нам. Уж мы тебя не обидим. Слово даю. Даже заплатим сколько скажешь. Все честь по чести.

Роар зарычал, услышав неприкрытое оскорбление, а я растянула губы в нехорошей усмешке.

Что, решили укусить парня через меня? Понадеялись, что один он с вами не справится, а когда вступится… а он не мог за меня не вступиться… вы укокошите его прямо тут, у всех на виду, да еще с полным на то основанием?

Хм. 

Может, у баскхов не самая лучшая репутация в мире, и в другое время, стоило признать, гнусный намек этого урода вполне мог попасть в цель. Но, во-первых, не все кошки одинаковые. Во-вторых, даже если мы и любим менять половых партнеров, это сугубо наше личное дело.

Наконец, в-третьих, никто не давал право дворовому псу называть меня продажной девкой. 

Пожалуй, я могу себе позволить самую капельку на него рассердиться.

— Сколько скажу, значит? — переспросила я, оценивающе оглядев неумытого. Тот с готовностью осклабился. — Хм. Все до последней капли выплатишь? Я правильно тебя поняла?

— Слово чести. Да, парни?

Я немного подумала и была вынуждена признать:

— Заманчиво.

Вся свора в ответ радостно гоготнула.