Лисий выбор

С меня сошло семь потов, ноги и руки уже дрожали, но я не сдавалась, и мне удалось один раз коснуться наставницы! Опьяненная успехом, я не рассчитала силы, и стальной веер в несколько приемов укоротил бамбуковый. В руках остался маленький огрызок – треть того, что было. 

– Сдавайся.

Я послушно опустила бесполезный веер и тут же получила болезненный шлепок по руке.

– Никогда! Слышишь, никогда так не делай, – прошипела женщина. – Лучше пожертвовать рукой, чем жизнью. 

– Ах! – я затрясла кистью, ощущая, как руку от запястья до локтя прострелила боль.

– Я ведь могла ударить по корпусу, – объяснила она. – Или перерезать горло. А ты так неосмотрительно раскрылась.

– Но что же делать? Оружия я уже лишилась, госпожа.

– Ты можешь отступить, – она приблизилась вплотную, и я сделала шаг назад. – Или закрыться рукой, – она замахнулась, и я инстинктивно подняла руку, защищая лицо от удара, которого так и не последовало. – Можешь бросить остатки веера в меня.

– О!

Подняв его с земли, я задумчиво рассматривала рукоять.

– Интересно.

– Говори! – велела она, поощрительно улыбаясь.

– Значит, даже в безвыходной ситуации есть хотя бы три выхода.

Семечко Лотоса кивнула. В этот миг я метнула веер. Она легко отмахнулась от него, но раскрылась, и в тот же миг я попыталась провести подсечку, присев ниже.

– Хорошая попытка, – услышала я и поняла, что прижата к земле, а коса моя зажата в руках наставницы.

Наконец я ощутила свободу и смогла выпрямиться и встать. 

– Прекрасно! – услыхала я голос жены наместника, которая вопреки запрету вышла из своих покоев, привлеченная шумом снаружи.

Чистый Фарфор ради приличия надела шляпу и перекинула сверху светлое шелковое полотнище, через прорехи в котором все было видно, но скрывающее ее лицо. Семечко Лотоса приветливо кивнула, а я поклонилась.

– Прошу прощения, что потревожили госпожу, – сказала Семечко Лотоса.

– Ах! Не стоит, – оборвала та извинения. – Я услыхала шум во дворе, и мне стало интересно.

Служанка подставила туфли, и супруга наместника спустилась во двор.

– Вот так, Маленький Цветок, – сказала она и протянула мне веер.

Я взяла изящное изделие и залюбовалась. На шелке, натянутом на простые бамбуковые рейки, была роспись – горы и воды, а также изречение.

«Воды не иссякнут, 

Горы не сотрутся, 

Небо дарит милость».