Пропавшая Невеста

Пальцы, посиневшие от холода, жадно сжимали комья земли, впитывая каждую каплю силы.

Еще дальше.

…Что-то черное полоснуло по мерцающим нитям, заставляя их испуганно сжаться и отпрянуть.

Стоп.

Оно. В сизом лесу у подножья. Слабое, но живое.

Нашла.

Ника свернула свои сети и ничком упала на землю. Ее била крупная дрожь, от холода зуб на зуб не попадал, но она улыбалась. Сжав в кулаке ком земли, она поднесла его к губам и прошептала:

— Спасибо.

Ей пришлось пролежать еще несколько минут, прежде чем нашлись силы, чтобы сесть.

***

Тем же вечером, во время ужина при свете тусклых свечей, она сказала старухе о своих планах:

— Мне надо обойти открытую землю.

— Завтра можем…

— Нет! — Поспешно выкрикнула Ника, потом мягче добавила, — нет. Я должна это сделать сама, одна. Ты эти места хорошо знаешь, дружишь с ними, а я все еще чужая.

Нарва недоуменно нахмурилась. Эта девочка из Шатарии иногда говорила такие странные вещи, которые старой травнице были невдомек. Всю свою жизнь она занималась собирательством, знала когда какой цветок следует сорвать и как сделать надрез на коре, чтобы не навредить дереву, но о потоках слышала впервые.

Причин не доверять Нике или сомневаться в ее словах, у Нарвы не было, поэтому она пожала плечами и согласилась:

— Иди.

— Непременно.

Для того, что она собиралась сделать, нож был просто необходим.

Несмотря на то, что весна в долине набирала обороты, темнело все еще рано. Но сегодня, вместо того чтобы как обычно сидеть на крыльце и наблюдать за звездами, Доминика отправилась в кровать. Она забралась под одеяло едва ли не раньше своей пожилой соседки, отвернулась к стенке и прикрыла глаза, намереваясь хорошенько выспаться перед долгой и сложной дорогой.

Сон подступил быстро. Ей снилась Шатария, родная академия Ар-Хор и выпускной бал. Вокруг кружили сияющие лица выпускниц, готовых отправиться на поиски любви с загадочный Андракис. Они гадали о том, каким будет их суженый, мечтали, а Ника стояла посреди зала и не могла сказать ни слова. Она хотела крикнуть, что все это обман, что нет никакого отбора и благородных воинов, готовых преклонить колено перед прекрасными избранницами, но голос не слушался.