Пропавшая Невеста

Какого лешего их две?!

А самое главное, какого лешего он не свалил из города вчера, как только узнал, что на смотр приехал другой кхассер? Сейчас бы уже был далеко, и никто бы его не нашел, не заставил возвращаться обратно.

— Че-е-ерт, — простонал, с досадой потирая шею.

Сбегать теперь, когда ему сообщили о второй Высшей и потребовали явиться на смотрины, не было смысла. Накажут. Император жестко относился к этому вопросу, и поблажек не делал никому.

Тхе’Маэс был одержим мыслью сохранить силу кхассеров и каждому отводил свою роль в этой игре.

Раз в год, поздней осенью, корабль с «невестами» прибывал в Наранд и на его борту неизбежно была та, что наделенная особой нативной магией, которая порой срабатывала не хуже камня плодородия.

Расчёт Тхе’Маэса был простым. Одна Высшая — один кхассер.

К несчастью, в этом году эта печальная участь достался Брейру.

Над стойкой трактирщика висели большие квадратные часы с медными стрелками и бесстрастно показывали, что он уже безнадежно опаздывает. Почему нельзя было просто прислать ему эту девку и оставить в покое?

— Черт, — он снова выругался и выскочил на улицу. На бегу обратился зверем, испугав почтенную пару, неспешно проходящую мимо, и взмыл в воздух.

Скользя над разноцветными крышами, он устремился на окраину Наранда, где раскинулись поместья знати.

Нужный особняк был виден издалека. Серая, выгоревшая на палящем южном солнце махина возвышалась над остальными домами. Ее крышу венчали пять статуй кхассеров — по числу кланов Андракиса. Когда-то их было семь. Рысей не стало, да ягуары перевелись.

Сложив тяжелые крылья, он спикировал вниз, перекинулся прямо в воздухе и уже человеком, опустился перед каменным крыльцом. От жесткого приземления в висках снова застучало, а желудок протестующе сжался. Ругая себя последними словами за ночную несдержанность, Брейр прошел мимо молчаливого стражника, склонившего голову в поклоне, и прислушался.

Народ был так увлечён торгами, что ему удалось незаметно просочиться в зал и занять место наверху, с самого края. Он тяжело опустился на лавку, подпер щеку кулаком и угрюмо наблюдал за тем, что происходило внизу.

Кого-то брали в жены, кого-то не брали. Ничего интересного.