Пропавшая Невеста

— Слабачки, — тихо фыркнула Мойра и, гордо задрав нос, первая пошла на выход. Следом за ней потянулись и другие.

Доминика семенила последней, низко опустив голову и пытаясь спрятать свое внезапное уродство. Только на палубе случайно наткнулась на одного из матросов и испуганно вскинула взгляд.

— Ух и страшнющая, — выдохнул он, передергивая плечами.

Жалобно всхлипнув, девушка натянула пониже капюшон и прошмыгнула следом за остальными.

На берегу их ждали неказистые повозки, запряженные высокими крепкими лошадьми. Они недовольно потряхивали длинными гривами, принюхивались и нервно косили на заморских гостий своими темными глазами.

Рослый воин скинул бесчувственную Ванессу на повозку, а потом по головам пересчитал остальных невест.

— Все на месте, — произнес без малейшего интереса, потом махнул возницам, приказывая трогать с места.

В порту Наранда было шумно и интересно. По узким улочкам сновали разносчики, торговцы зазывали в свои лавки, веселые женщины выбирали на прилавках свежую рыбу и самозабвенно торговались.

Гостьи из Шатарии едва успевали поворачивать головы и удивленно ахать, и только Ника не обращала внимания на происходящее вокруг. Она сидела с самого краю, уткнувшись лицом в ладони, и едва дыша. Ее не интересовали ни порт, ни чудные товары, ни новые люди. Все силы уходили на то, чтобы избавиться от морока.

Ника могла поднять на ноги тяжело больного человека, вытащить из-за грани умирающего, но оказалась бессильна против козней соперницы. У нее ничего не болело, не было ни ссадин, ни переломов, а морок не воспринимался как что-то угрожающее здоровью, поэтому нативная магия была бесполезна.

Повозки свернули в один переулок, в другой, в третий и, наконец, выехали на окраину города. Шум и суета портовых улочек остался далеко позади, и теперь они катили по вымощенной брусчаткой дороге, а со всех сторон темными проемами окон на них смотрели мрачные особняки.

Возле одного из таких домов они остановились.

— Приехали. Выгружаемся.

Над входом в здание замерли пять внушительных каменных фигур. Они казались живыми. Еще миг и спрыгнут вниз. Даже наглая Мойра притихла с благоговейным ужасом рассматривая крылатые силуэты.

Тигр, во взгляде которого клубилась ярость. Хладнокровный лев. Пантера готовая к броску.