Отрава для сердца моего

Пусть лучше он с другими спит, а к ней не приходит.

— Наши отношения вас не касаются, – холодно ответила Ясна, – вы должны уяснить главное – я жена Амьера Клартэ и хозяйка здесь. И, кстати, собирать, и уж тем более разносить, сплетни не достойно управительницы. Вы мне пока не нравитесь, а ведь вы должны мне угождать, а не настраивать против себя.

— Да кто вы такая! – вскрикнула Эрья.

— Жена хозяина этого замка, – перебила ее Ясна, – и будьте любезны, умерьте свой пыл и не смейте повышать на меня голос. Мне не составит труда освободить вас от должности, и я сделаю это с удовольствием.

Эрья, как рыба, выброшенная на берег, закрывала и открывала рот, а Ясна холодно и спокойно смотрела на нее.

— Я буду жаловаться на вас, – наконец выдавила из себя управительница.

— И кому же? Моему мужу? Ну-ну, он не будет разбираться в этом.

— Нет, не ему, а настоящей хозяйке этого замка. И она не позволит вам здесь хозяйничать.

— И кто же настоящая хозяйка этого замка? – раздался хриплый голос.

Женщины повернулись к дверям, там, прислонившись к косяку и сложив руки на груди, стоял Амьер. Ясна подумала – как долго он там стоит и все ли слышал?

Эрья слега поклонилась и, злорадно посмотрев на Ясну, ответила:

— Ваша мать, господин Клартэ.

— Моя мать живет в другом замке, а здесь на данный момент не может быть другой хозяйки, кроме нее, – Амьер кивнул на Ясну, – и хозяйничать ей позволено на основании того, что она моя жена. А ты всего лишь управляешь этим замком, а значит должна подчиняться своей госпоже.

— Но она человек! – воскликнула Эрья.

— Замолчи! – повысил голос Амьер.

Он, отлипнув от косяка, подошел к управительнице. Та съежилась и опустила голову.

— Ты – чистокровная волеронка, – произнес Амьер, нависая над женщиной, – но будешь прислуживать моей жене, кем бы она ни являлась. Ты забываешься, Эрья. А теперь оставь нас.

Эрья судорожно вздохнув, кинулась к дверям, так и не подняв головы. Амьер повернулся к Ясне, изумленно наблюдающей за этой сценой.

— Моя дорогая жена, – сказал он, – я уже говорил и повторю еще раз – я не хочу встревать в домашние дрязги. Это был первый и, надеюсь, что последний раз. И то только потому, что я увидел где тебя поселили.

— Я не просила тебя ни о чем.

— Ясна, эта женщина служит в этом замке давно, ее муж погиб, пытаясь спасти моего отца. Моя мать по-своему привязана к этой женщине и если Эрья к ней обратится с жалобами на тебя, то…даже не знаю…Могу сказать одно – я люблю мать.