Отрава для сердца моего

Этого не будет, меня не переделать. От тебя требуется никогда не отказывать в исполнении супружеских обязанностей в постели, не отталкивать, если мне вздумается, например, поцеловать тебя, где бы и как это ни было, подчиняться мне, слушаться во всем, не ждать, что я сам должен догадаться, лучше расскажи, что тебе нужно или что тебя беспокоит. И самое главное – не совершать глупостей. Если очень хочется их сделать, то поделись вначале со мной своими планами.

Ясна удивленно смотрела на мужа. Амьера кто-то подменил! Это не он! А впрочем, если вникнуть, что он говорит, то он прав – его не переделать.

— Не смотри так на меня, – раздраженно попросил Амьер, – я не хочу быть голословным, не всегда будет так, как я обещаю, но я постараюсь быть хорошим, ну или терпимым, мужем. Ты тоже должна приложить усилия.

— Да, конечно. Я тоже постараюсь.

— Нет, ты должна очень стараться.

Амьер наклонился к Ясне, она невольно отпрянула.

— Я же просил, – поморщился Амьер, – не надо так делать.

— Прости, я непроизвольно, постараюсь больше так не делать.

Амьер поцеловал ее в щеку и встал.

— Одевайся, я зайду за тобой через двадцать минут. И еще – дверь между нашими покоями не вздумай закрывать, а я попробую не забывать постучать, перед тем, как войти.

Он ушел, а Ясна еще несколько минут сидела в ступоре, потом опомнилась и кинулась одеваться. А надевать ей, кроме платья, в котором сюда пришла, нечего.

Что ж, вот первая проблема, которую надо будет озвучить за ужином Амьеру – ей нечего надеть. Ясна рассмеялась – извечная проблема женщин сейчас стояла остро, как никогда. Еще несколько часов назад жизнь казалось ей мрачной и беспросветной. А теперь слабой надеждой забрезжил свет впереди.

Амьер пришел ровно через двадцать минут и, о чудо, постучал, прежде чем войти. Правда, не стал ждать отклика, сразу же открыл дверь. Скептически оглядел платье Ясны и высказался, что надо немедленно шить новый гардероб, а завтра утром переправит ее в замок для того, чтобы она взяла одежду на первое время. Но увидев, как побледнела после его слов жена, передумал, сказал, что сам завтра принесет пару платьев.