Аврора. Заря сгорает дотла

Сумка «Читать в воскресенье — законно» немного мешала держаться за руки, но Ро, конечно же, не отняла ладони. Сам взял — значит можно, и надо, и хорошо.

— Но вообще, — все же продолжила она, — это странно, что такое могучее государство с собственной версией метро, единственным флотом, если я правильно поняла, с кучей воинов, что обожают ветер свободы, и рабов без воли вовсе, заключило с вами договор. Еще и контролирует торговлю и выход к морю. Так, что закачаешься — дословно.

— Ты еще не видела Вестланд, — многообещающе усмехнулся Фаррел, — так что твои выводы безосновательны.

Они наконец вышли к источнику света — недлинный узкий лаз, прикрытый по ту сторону ветками и травой.

— Ну, вперед, заря моя.

Ро ненавидела такие узкие тоннели: ей всегда казалось, что она непременно там застрянет. А это же ужас, когда ни вперед, ни назад, но делать было нечего. Вздохнув, несчастная путешественница встала на четвереньки, сунула внутрь голову, плечи, туловище, попыталась продвинуться, зацепилась платьем, запаниковала, поскользнулась, а потом, видимо, Фаррел бесцеремонно ее подтолкнул, потому как она резко вывалилась головой вперед: чуть менее эпично, чем пробка из шампанского.

Неуклюже взмахнув руками и пискнув пару раз, Аврора покатилась по склону кувырком, то и дело натыкаясь на камни, ветки и колючки. Наконец ей удалось зацепиться за что-то твердое — это оказался корень дерева, расщепленного молнией — и остановиться. Мир вертелся перед глазами самым привычным образом, и этим миром был склон каменистой горы. Далеко вверху можно было разобрать снежные шапки на скалах.

И еще как по проторенной ею колее катится Фаррел Вайд. Беззвучно, если не считать звук ломаемых веток и выскальзывающих из-под падающего тела камней. Ро едва не присветило в лоб. Она попыталась встать, чтобы как-то его остановить, но произошло то, что и должно было произойти: Вайд просто смел ее своим бешеным ускорением, прямо пропорциональным скорости и весу, и они отчаянно покатились дальше. На сей раз Ро вопила, покуда в рот не забились песок и травинки.

— Ух, — сказал Фаррел, когда им наконец удалось остановиться. Закашлялся, простонал слегка: — Ты цела?

— Угу, — выплюнула Аврора, первым делом освобождая ротовую полость от лишнего содержимого.

Затем она принялась за чистку волос и платья и осмотр ушибов, царапин и ссадин. Посмотрела наверх и поняла, что, и вправду, отделались они легко.

— А ты?

— Вроде, — дознаватель поднялся на ноги, опираясь на колени, охнул, и его повело в сторону.