Аврора. Заря сгорает дотла

О свете в тоннеле, неудачном приземлении и горной деревне

Граница Вестланда и королевства Черного Тополя, окрестности деревни Альпурха. Позднее утро девятнатцатого белья.

Вагонетки мчали как угорелые. Аврора, полная решимости встречать будущее лицом лицу стоя, быстро поняла, что смахивает на пса, высунувшегося в окно автомобиля с улетающим за спину языком и ушами. И еще — что Барти и Фаррел, усевшиеся скромненько на дно, безмерно правы.

Все равно в тоннеле было темно, хоть глаз выколи. Ну и, по сути, свет ни к чему — «беговые дорожки» или тракт, как назвал это чудо техники Берни, «знал» дорогу наизусть.

Ро поражалась, как лабиринт не завалило обвалом каким-нибудь, не загадило мышами или крысами, не заплесневело влагой или еще что там. Не исключено, конечно, что против таких дел в ОК тоже существуют кристаллы со дна моря Духов, рабы или артефактные дощечки друидов.

Обхватив коленки и ловя лишь завывание воздушных потоков над собой на виражах (двигался поезд бесшумно — респект — в отличие от великих достижений науки и техники нашего мира), Аврора впервые получила возможность обдумать судьбу последних полутора суток без необходимости принимать немедленные решение и действовать.

Немного жаль родителей и знакомых, для которых она на этой Лампедузе как в Ионическое море канула. Мама будет себя корить, что разрешила дочери так шляться по свету. Хотя дочь уже давно решает, куда ей шляться и шляться ли вовсе. Но все равно родители седеют из-за нее, и с каждым годом на то все больше причин, эх… Единственное, о чем Аврора попросила бы Видящего — чтобы горе их не сломало вконец. Или чтобы осталась надежда. Или чтобы время там остановилось. Лучший вариант — чтоб все воспоминания о ней стерлись, как не было.

Ну, или чтобы кто из местных спасенных потерпевших был похож на нее так же, как Йорген на Нелло, и занял ее место. Но это уже совсем из области фантастики, конечно.

Впрочем, все произошедшее в последние два дня — более, чем из области фантастики. И, несмотря на страх и фобии, желание исчезнуть из жизни каждого, Аврора явно чувствовала, как внутри живой жилкой бьется жизнь.

Собственно, за тем она и на Лампедузу поперлась. За приключениями. За необходимостью идти вперед, чтобы не было выхода. Тогда можно сохранить себя живой. Вышло не хуже и не лучше.

Ро думала о странной похожести неаполитанца и советника, о совпадении в названии судна там и здесь и приходила к выводу, что это не могут быть случайности.