Аврора. Заря сгорает дотла

Ты со своим идеализмом как раз поможешь мне убедить Вольных Торговцев, что мы на их стороне, и Буканбург — тоже, потому что он часть нас. Возьмемся за поиски компаса. А он приведет нас к Страннику, — на этих словах в глазах Фаррела зажегся хищный огонек, но он быстро стряхнул это выражение и подмигнул спутнице: — Мерчевиль — красивый город, тебе понравится.

Горло сковало отчаяние. Надо бороться за империю? Или против?

За то, что правильно. Но что оно — правильно?..

В последний момент Аврора схватила красный шоппер с документами и далекозором, туда же сунула раковину Финтэ.

— Взять надо, — пояснила она в ответ на молчаливый вопрос Фаррела. — А как же передать далекозор во дворец до завтра?.. И то, что он сломан?

— Я разберусь. Дай, понесу.

— Нет, мало ли… Лучше свое носить с собой.

— Ро, ты ведь не собираешься сбежать? Я тебе не прощу — учти!

— Вовсе нет!..

— Сдам Блэквингам в рабство и сам куплю.

Похоже, на этом месте должно было быть смешно.

Бушприт почти коснулся причала, на котором уже готовили трап.

— Вон она! — заметили Аврору с первым же шагом, засвистели…

Ро от неожиданности прижалась к плечу Фаррела — по-прежнему своего единственного защитника, пусть и с не с самыми подходящими взглядами на мораль и честь.

— Встречайте Аврору Бореалис — посла мира! — вскричал Фаррел, взяв ее кулак в свой и взметая сей дуэт в воздух. — Мы прибыли на переговоры с Мерчевилем.

В желудке взрывались звезды. Но внутренние демоны не обнаружили своего присутствия ни одним замечанием. Хотя гадких мыслишек, что она непременно опозорится и лучше бы остаться под одеялом, в ушах клубилось предостаточно. Тревога и одиночество посреди толпы сжали сердце в острых холодных когтях.

— Пикси пропали, — прошептала Ро, чтобы прошептать хоть что-то и обнаружить для самой себя, что жива.

— Мы вышли из зоны обитания сирен, — таким же шепотом ответил Фаррел, положил ее руку на свой локоть и ступил на подготовленный трап первым.

Мерчевиль взлетал на гору, и на самой ее вершине, как и положено, находился дворец, построенный не то из зеркал, не то из стекла, не то отполированный до прозрачности… В любом случае, он светился золотом заката словно изнутри. Город убегал лабиринтом улочек среди невысоких светлых когда-то домов, сейчас тоже залитых огнем уходящего за горизонт солнца.