Аврора. Заря сгорает дотла

Они успели добраться до переулка Падающей Звезды, на которой находилось злачное заведеньице Гаррика Тенора (Ро критичным взглядом оценила некогда добротное дерево, унылую атмосферку и давно не чищенные столы, винный смрад вперемешку с аппетитным запахом овощной похлебки, пару дверей наверху и парочку буканбуржцев в углу за кружками пива), едва не довести Гаррика Тенора до удара требованием двух бесплатных обедов согласно договору — пришлось пригрозить тюрьмой, которая грозит всякому, кто не выполняет того, под чем поставил свою подпись — а Тиль все не могла прийти в себя.

Ни от «крючкотворства», ни от грандиозности плана смешать Буканбург, Мерчевиль и Тополь на представлении первого орботто. И это Ро еще ничего не сказала про туризм, экспедицию, внедрение кухни и заморские товарах. И вправду - насколько закостенелый народ эти вестландцы! Взирает, как на седьмое чудо света.

— Добрый день, — ледяным тоном приветствовала их изможденного вида женщина в зеленом цветном платке, повязанным на голову вроде тюрбана.

Платок был засален и его владелица весьма гармонично вписывалась в и вовсе засаленный трактир.

Женщина бухнула тарелку с неровно нарезанными толстыми ломтями хлеба на стол.

— Привет, Винни, — поздоровалась Тильда.

Ах, значит, вот она — «пассия» Гаррика. Которая вроде старается отвадить возлюбленного от перспективы спиться, но всякий раз терпит поражение. Которая велела передать пирог нашумевшей соседке, а теперь вышло, что соседка им — нахлебник.

— Аврора Бореалис, — улыбнулась Ро как можно вежливее и протянула руку.

— Пирог со сливами — просто пища богов, благодарю от всего сердца!

Виннифреда слегка оттаяла, но руки не пожала.

Хотя и пирог, конечно — не пища богов. Но кривить душой надо уметь, если жить хочешь.

На задворках души Аврора даже почти себя ненавидела. За крючкотворство, за лесть, за то, что она делает все, чего терпеть не может, чтобы просто жить, и жить так, как она считает нужным.

— Суп придется подождать, — объявила Виннифреда. — Он еще не доварился.

Хоть бы дизентерию не подхватить какую, что ли.

Лапшичная «Руззи» вселяет в душу куда больше оптимизма.

— Слышала, вы тоже будете играть на премьере?

Виннифреда обернулась яростно и выдала:

— Главная роль должна была быть моя!

Так вот она — причина ее враждебности — обычная ревность?.. Но, честно говоря, из тривиального чувства красоты... Конечно, она, Аврора — тоже не образец прекрасного, но она хотя бы знакома с шампунем и мылом...

Ро даже и слов найти не смогла.