Аврора. Заря сгорает дотла

что ты хоть чуточку прав, Барти. Теперь бы найти номер шестьдесят четыре. Покажи карту, пожалуйста.

— Ага! — раздался крик, и зеваки на улице Третьего луча посторонились, пропуская шумное недоразумение — кудесницу Тильду.

Высокое, в этом бордовом платье, отороченном черными кружевами. В таком ходят чинно и делают реверансы, а не... носятся по столице с ором «а вот и я!».

Черный костюм и платье цвета зари были обречены — бежать им было некуда.

— Догнала таки! — запыхавшаяся схватила Тильда обоих за руки и шумно выдохнула.

Блэквинг не ожидал, что его вот так просто отошьют, и в нерешительности покосился на Ро. Та лишь развела руками в ответ.

— Идите, идите — его светлость просил вас вернуть, он уже приготовил вам какое-то задание. Да осторожнее, он рвет и мечет, — хихикнула Тильда, подталкивая несчастного парня обратно к началу улицы.

Ро только помахала Барти Блэквингу вслед и улыбнулась ободряюще.

Дом Фаррела состоял из трех этажей и располагался всего за углом от недостроенной оперы. Стены темно-синие, будто небо в ранние сумерки, фризы и пилястры — витиеватые, снежно-белые. И ни пятнышка.

— Он тут не живет? — удивилась Аврора состоянию здания.

— Не живет, с тех самых пор. Но старые слуги следили, и до сих пор постоянно кто-то приходит.

Тильда вставила его в замок и повернула. Что-то щелкнуло, и дверь отворилась. Изнутри пахнУло прохладой камня, почему-то мятой и... апельсином.

— И он... готов отдать вот это чудо под лавку? — поразилась Ро, делая шаг внутрь.

Встретила их широкая лестница с витыми позолоченными перилами. Справа и слева были пустые комнаты. Тильда осмотрелась и удовлетворенно хлопнула в ладоши.

— Ну, здесь и здесь вполне можно сделать выставочные залы. А жить будешь наверху. Уверена, там все есть. И постель, и ванна. Все равно это все потом — на тебе лица нет и я так понимаю, ты ждешь-не дождешься остаться одна. Обычное дело. Пойдем на кухню, я тебя чаем отпою перед уходом — Фарру-то мне все ж придется сегодня урок дать — да и дело у меня к тебе есть. Даже два. Одно от него, одно — от меня. А потом распрощаемся.