Зеркала

Надеюсь, Птица еще помнит, где он находится.

— Забудешь такое, конечно, — беззлобно огрызнулся Кондор. — Пойдем, леди Лидделл. — Он потянул меня за руку. — Познакомишься с богами. Давно пора было это сделать, конечно.

— Так почему не сделал? — Блэкторн, который уже собирался исчезнуть в глубине коридора, повернулся к нам.

— Долго объяснять, — неохотно ответил Кондор.

***

Внутри храма было темно, тихо и пахло не ладаном, как я ожидала, а травами и свечным воском. Сквозь несколько узких окон где-то под куполом падал неяркий свет.

— Если ты оглянешься, — сказал он тихо. — Ты увидишь, что их двенадцать. Пять с одной стороны, пять с другой, один впереди и один над входом. Выбирай себе покровителя и служи ему, — добавил он, пряча руки за спиной, и задрал голову вверх, рассматривая статую, у которой мы стояли. — Или покровительницу. Здесь, увы, выбора особо нет.

Я тоже на нее посмотрела снизу вверх, потому что статуя Многоликой нависла надо мной с высоты постамента.

Кто бы ни создал эту статую, он был талантлив. Каменные складки платья выглядели настоящими, по краю вуали шло тонкое кружево, пальцы, протянутые ко мне, казалось, вот-вот закончат движение, Богиня поднимет голову, улыбнется там, под вуалью, и вздохнет.

У ног ее стояло несколько белых свечей и серебряная чаша с плавающими в ней разноцветными лепестками.

Я замерла, не зная, что делать и чего ожидать, и, когда случайно шаркнула ногой по полу, чуть не подпрыгнула от звука.

Но ничего не произошло. Громом меня не поразило, божественная рука не сложилась в кулак. Свечи горели, воск таял и стекал вниз, лепестки качались в воде, а статуя молчала и не двигалась.

Кондор тихо рассмеялся.

— Я расскажу тебе о некоторых особенностях нашей религии чуть позже, — сказал он. — Когда ты освоишься. Но бояться здесь особо нечего. Наши боги милосердны, добры и не склонны просить у простых смертных великих жертв. Лишь почтение, простые дары и соблюдение нескольких важных ритуалов. Пойдем, найдем здесь самый тихий угол с хорошим обзором.

И он осторожно потянул меня в сторону, схватив за рукав, а мне оставалось лишь поражаться его подчеркнутой беспечности.