Иду за мечтой

Дядя Казим взвёл арбалет, а я пожалела, что не взяла свой лук, хотя как бы одновременно целилась и тащила сани?

Так и шли, пока не вышли на делянку, где деревенские валили лес на дрова. Неизвестно, что произошло, но в этом месте разом посохло множество деревьев, их и пилили. Потом подлесок поднимется и за десяток лет от вырубки не останется следа.

Работу поделили честно. Дядя Казим и Иван споро повалили одно дерево и стали пилить на чурки, тётя Маруша и Федька кололи их на дрова, а я плотно укладывала на сани и увязывала верёвкой.

Арбалет держали рядом и поглядывали по сторонам. Никто не хотел неожиданной встречи с хищниками. Но видимо мы визгом пилы и стуком топоров развели такой шум, что распугали дичь на всю округу. Даже вечно любопытные белки куда-то подевались.

До вечера упахались так, что когда у тёти Маруши от усталости топор выскользнул из рук, её муж скомандовал возвращаться домой.

– Всё, на три дня нам хватит!

Я прикинула объём дров. Тут и правда на четыре избы на три дня с лихвой хватит.

А закончатся, ещё придём. Мне понравилось. Только посижу минутку или три на краешке саней, переведу дух, и потянем их обратно в деревню.

Возвращались уже по темноте. Хорошо луна взошла. Её свет отражался от снега, и нашу лыжню было отлично видно.

– В следующий раз не будем так задерживаться,– пропыхтел дядька Казим, останавливаясь у моего дома.

Я, бросив веревку своих саней, согласно закивала и навалилась на калитку. Так точно больше не пойдём. Сегодня я держалась на чистом упрямстве.

Все идут, а я что лентяйка? Но завтра будет худо, уже сейчас не чувствую ни спины, ни рук. Баньку бы затопить, но дрова для дома. Две печи топить – это уже роскошь.

Парни помогли затащить сани с дровами только во двор. Сами держались и не ныли, потому что стыдно перед девчонкой. Но я видела, как они вымотались за этот день.

– Спасибо! – я протянула окоченевшую от холода руку.

– Ага, – ухмыльнулся Федька.

– Да не за что, – Иван неловко пожал мою ладошку, потоптался, будто хотел что-то сказать, да так и не сказав, вышел за калитку и потянул друга за собой, ухватив того за ворот тулупа.

Заперев калитку на засов, я оттащила сани под навес сарая, набрала дров на одну растопку и, шатаясь во все стороны, поплелась в стылый дом. На последнем усилии вынула недоварившуюся уху из печи, затолкала дрова и развела огонь. Сбросив тулуп, валенки, шапку и рукавицы на лавку, как была одетой, полезла под одеяла.