Иду за мечтой

– Мистер Томас, – позвала негромко, не увидев старика за стойкой.

Дядька Казим с тёткой вошли следом и с интересом осмотрели книжные стеллажи.

– В каком хорошем месте ты работаешь, Милеша, – улыбнулась женщина. – Ты всегда читать любила.

Хозяин лавки показался из подсобки, неся увесистую стопку новых книг. Увидел нас и расплылся в улыбке.

– Милеша, быстро ты вернулась. Это твои родители?

Судорожно сглотнув, кивнула.

Положив книги на стойку, старик отряхнул сюртук от пыли и, поправив очки, протянул руку дядьке Казиму.

– Томас Майерс.

– Казим, – дядька крепко пожал сухую старческую ладонь. – Моя жена Маруша. Рад знакомству, мистер Майерс. И спасибо вам за Милешу.

– Да что там, девочка замечательная! Вам, наверно, интересно узнать, как мы тут живём? Милеша, проводи родителей наверх, покажи им дом и сад. Там ещё пирог со вчера остался, да чаю завари. Я сейчас прикрою лавку и тоже поднимусь.

Молясь пресветлой, чтобы мистер Томас не проболтался, что живу у него всего две недели, провела родных через подсобку на второй этаж, показала свою комнату, ванну с настоящим водопроводом и канализацией.

Потом по лестнице из кухни мы спустились в сад.

– Надо же, какой уютный дом. Тебе очень повезло, моя девочка, – тётка от избытка чувств, стиснула меня во объятиях.

Дядька прошёлся меж деревьев, остановился под яблоней и, задрав голову, осмотрел ветви.

– Пила есть?

– Есть.

– Неси! Вижу, без лестницы не достала до макушки.

Лестницы у старого книжника и правда не было, и сухие ветки на самом верху яблони я не смогла спилить.

Побоялась лезть на старое дерево, опасаясь, что ветви подо мной подломятся, как под той кошкой, и я свалюсь вниз.

Сбегав в сарай за пилой, вручила дядьке, а сама помчалась на кухню подогреть чай. Не став разжигать плиту, за пару секунд вскипятила воду магией, собрала чашки, снесла вниз и ещё раз сбегала за оставшейся половиной пирога со сливами.

Вскоре в саду появился хозяин дома, застав нас за кипучей деятельностью. Дядька, встав на крепкий табурет, спиливал ветки и аккуратно передавал жене.

Тётка рубила их топором на мелкие сучья и сносила в пристройку к остальному сушняку. Я же сервировала стол, принеся из гостиной ещё пару стульев к имеющимся двум креслам.

– Вот спасибо вам, помогли! Теперь зимой можно не опасаться, что отломанная ветка разобьёт окно.

Поставив на стол к пирогу вазочку с конфетами, мистер Томас с улыбкой перехватил у тётки топорик.

– Вы, милейшая, за стол садитесь, да чаем угощайтесь.