Погода нелётная

Придумал четырёх разных котов, один другого лучше, а как объяснить тебе, не придумал.

Я очень хотел бы приехать к тебе, Ромашка, и всё сделать, что обещал, но не получается. Не сердись на меня и не обижайся. Мы вылетаем с ребятами ночью и не вернёмся. Так бывает, ну да ты знаешь.

Твоё имя указал во всех документах. Тебе должны будут вещи мои прислать, какие признают ценными. Если сможешь, часы отвези моей матери на кладбище, это был отцовский подарок, так будет правильно.

Ничему не верь, что напишут.

Наш духовник говорит, будто Господ отпускает героям все их грехи. Если так, то это Господ, конечно, зря. Я был тот ещё грешник, отпускать всё это — не дело. Но если мне повезёт, и я попаду на Небо, я постараюсь приглядывать за тобой и усыпать тебе крыльцо белыми перьями. Или вырастить под окнами ромашки. Можем договориться, что белые перья — это к добру, это значит, что твой небесный хранитель одобряет то, что ты делаешь.

Ты, пожалуйста, не плачь. (Я знаю, ты делаешь вид, что тебе наплевать, но ведь ты всё врёшь на самом деле.) Будь сильной и переживай поменьше. У тебя всё лицо пятнами идёт, когда ты плачешь, это вредно. Тебе не надо вредного, у тебя ещё много всего впереди. Уехать из Монта-Чентанни, выйти замуж, родить детей (имена по списку, можешь даже Паулу не вычёркивать), котов завести настоящих, стать седой каргой.

Ты будешь отвратной старушкой! Злобной и склочной. Тебе очень это подойдёт.

Съезди за нас обоих на солёное озеро.

Береги себя,

М.

Глава 8. Тени из лжи

В середине июня над станцией зарядили дожди.

На нашем столпе редкость стабильная погода: у нас всё больше — шквалистый ветер, что пригоняет град с ледяным дождём, но уже через полчаса утаскивает его дальше, обнажая прозрачное высокое небо. Собираясь на прогулку, стоит взять с собой дождевик и солнечные очки, а лучше ещё к ним — пару лыжных палок и плащ-палатку.

И только кое-где в низинах бывает изредка, что тяжёлая тёмная туча цепляется брюхом за близкие сопки. Тогда по земле расстилается непроглядный мутный туман, и дождь идёт унылый, не сильный и не слабый, ровный-ровный.

Так он мог идти неделю.

В такие дни Маргарета сама себе казалась сизой тенью, потерянным в этом влажном мраке призраком.