Погода нелётная

К полудню нужно вернуться, чтобы взлететь и увидеть из воздуха, как идёт средним коридором почтовый дракон, затем скоротать промежуток между сводками за обедом и наносить воды, собрать дневные пробы, а к двадцати минутам пятого…

Маргарета встряхнулась, постояла ещё немного и всё-таки вошла в дом.

Максимилиан сидел на койке, неловко ощупывая аккуратно перевязанную голову.

— Я не задержусь надолго, — сказал он, потрогав ухо и поморщившись. — Буквально сутки, и я переберусь в лес к…

Здесь он всё-таки поднял на неё взгляд.

И выдохнул хрипло, неверяще:

— Ромашка?..

Глава 2. Ромашка

Когда это было — три года назад? Четыре?

Три с половиной: сейчас июнь, а то была то ли поздняя осень, то ли ранняя зима. Порывистый мерзкий ветер, ледяная крупка в лицо, и вокруг горы, куда ни глянь, и всё время шумит узкая бурная речка.

Если бы кто-нибудь спросил Максимилиана, он сплюнул бы в землю: полное дерьмо.

Но Макса никто не спрашивал.

Наш мир собран из разделённых провалами столпов, — то ли гор, то ли островов, то ли дурацких брёвен, зачем-то связанных Господом вместе. Наши соседи к северу достаточно близко, чтобы летать к ним на драконе и водить кое-какую далёкую торговую дружбу; к востоку и югу — достаточно далеко, чтобы их изредка можно было увидеть в самый мощный из телескопов, а хищный дирижабль можно было подстрелить ещё на подлёте.

Был ещё запад.

Господ хорошо придумал, когда разделил нас всех провалами: без этого, должно быть, мы давно уже поубивали бы друг друга. Бабушка говорила, что в её время эти провалы вовсе считали бездонными. Сумасшедшие энтузиасты лазали по отвесным скалам вниз, мимо гнездовий диких драконов и виверн, через ядовитый туман, в котором людям чудились небылицы, через крошащийся камень и мох, через фиолетово-серые травы, к которым не пробивается солнце. Все их чаяния были зря: дно нашли много позже, и только тогда узнали, что оно, кажется, есть, и в нём — мёртвые скалы и мелкие поганые падальщики, жрущие разбившихся драконов.

Это неприятное знание, честно говоря. Куда лучше думать, будто есть населённые земли, а между ними — провалы без дна, и небо над ними такое бурное, что не всякий дракон рискнёт в него сунуться. А за туманом — чужаки, и эти чужаки достаточно далеко, чтобы о них не думать.