Хрупкая мелодия

— Вы мне назло всё делаете, да?! — предъявила она ему обиженным тоном звенящую сквозь переливы нот претензию.

Он невозмутимо приподнял брови: мол, а вы ожидали от меня чего-то другого, серьёзно?

Магрэнь ожидала другого.

Магрэнь полагала, что в честь свадьбы вредный жених мог бы и поступиться немного своими привычками, чтобы выказать любезность к ней – в конце концов, свадебный танец вполне входил в рамки тех светских ухаживаний, которые он обычно изображал.

Непримиримая позиция Михара её ранила — возможно, по той причине, что она неожиданно для себя сильно увлеклась подготовкой к свадьбе.

В юности у неё толком и не было праздника — да и какой может быть праздник, когда осознанно влюбила в себя старика-соседа, только чтобы хоть так сбежать из отцовского дома? Те месяцы своей жизни Магрэнь могла вспоминать разве что с содроганием, и в своём собственном представлении она скорее воображала, что вообще никогда не бывала замужем, нежели была вдовой.

В этот же раз, несмотря на совершенно неромантичный контекст её отношений с Михаром, праздник готовился грандиозный. Магрэнь не просто принимала в нём самое активное участие — она сама занималась декорированием помещения, моделированием своего платья, костюма жениха и ливрей слуг, заказом тысячи приятных и красивых мелочей, продумыванием меню… Незаметно для неё так получилось, что она уже вложила в этот день всю свою душу, буквально превратив его в идеальный день своей мечты — и теперь ей было крайне неприятно столкнуться с реальностью, в которой жених вовсе не разделяет её чаяний и её воодушевления.

Хрупкие нотки нежной мелодии словно стукались друг о друга в воздухе, разбиваясь фарфоровой дробью искорок. Эти чарующие звуки, дополненные тонким фруктово-цветочным ароматом её духов и прозрачной нежностью шёлкового платья, совершенно никак не сочетались с суровой холодной фигурой Михара, который в своей собственной гостиной теперь выглядел чужеродным элементом.

Магрэнь в который раз с леденящей сердце тоской подумала, что не стоило ей соглашаться на его предложение. Как она и боялась, он оказался совершенно неспособен уступать и искать компромиссы.