Путеводная звезда (псевдоним: Тата Орлова)

- С мамой Лизой все в порядке? – перебила я его, сразу подумав об оставленном доме. – И со слугами?

- За них можете не беспокоиться, - он чуть укоризненно качнул головой. – Ваше отречение произойдет не раньше, чем через два-три месяца.

- Отречения не будет! – вновь не дала я ему закончить. – Никогда!

- …и до этого момента вашим домочадцам ничего не грозит, - продолжил граф, «не заметив» моей реплики. – Сведения касаются вашего брата, Эдуарда Красина.

- Моего брата? – с некоторым недоумением посмотрела я на Горина.

Да, теплых отношений между нами никогда не было. Он был старшим, да к тому же и мальчиком. Пока жива была бабушка, виделись мы редко – отпрыска Федора (как она называла Эдика) она не жаловала. Да и потом, когда я приезжала домой из пансиона, встречались лишь за завтраками, да иногда обедами. 

Но, тем не менее, он был братом, что немало для меня значило.  

- Он связан с бароном Метельским, - не ровно – нарочито равнодушно произнес граф, не скрывая этого, наблюдая за моей реакцией.

- Этого не может быть! – уверенно ответила я, даже несколько расслабившись. 

Мы были одной семьей!

- Вам ведь неизвестно, что находится в том конверте, который по завещанию Элеоноры Красиной должен быть вскрыт в день вашего двадцатипятилетия? – внезапно уточнил Горин.

- А какое это имеет значение? – тут же поинтересовалась я, не видя связи между одним и другим.

- Наследником вашего отца является его старший сын, Эдуард Красин. - Граф вновь говорил о не совсем понятных мне вещах.

- Да, это так, - подтвердила я. – Но разве в этом есть что-либо неожиданное?

- И основное достояние Красиных, которое достанется вашему брату, оружейные заводы.

На этот раз отвечать я не стала, лишь кивнула. Наш род славился не только именами предков, но и производством пистолей и пушек, которыми владел.

- Моему осведомителю стало известно, что по просьбе Эдуарда была проведена проверка в документации, которая выявила отсутствие нескольких очень важных патентов.  Совершенно точно, что они не были проданы, продолжая принадлежать семье Красиных.

- Но где же они? – непонимающе посмотрела я на Горина. 

Дела завода были от меня так далеки.

- Скорее всего, в том самом конверте, - граф чуть наклонился вперед, - и являлись частью вашего наследства.

- Но зачем? – я качнула забеспокоившуюся Аленку, но дочь не затихла, похоже, взбудораженная нашим разговором.

- Уверен, - встал со скамейки Горин, - что у этого вопроса имеется свой ответ.