Путеводная звезда (псевдоним: Тата Орлова)

Увы, давало это немногое - я могла назвать как минимум десяток фамилий, подходящих под описание. И даже слова Алины, что она не сразу поняла, насколько он страшный человек, мало что проясняли. 

Чтобы общество считало тебя приятным господином, иногда достаточно лишь соблюдать внешние приличия.

- Когда вы сможете подготовить документы? – решительно произнесла я, не позволяя себе не то, что передумать, помыслить об этом.

Магиана на миг отвела взгляд, потом покаянно вздохнула:

- Они уже готовы.

- Так даже лучше, - кивнула ей в ответ, в душе радуясь, что в моей помощи она не сомневалась.

- Нет! – неожиданно перебила она меня. – Я имела неосторожность сопровождать сына на вступительный экзамен и теперь за мной следят. Если открыто приведу его к вам…

Она не договорила, но остальное и так было понятно. Отцу Влада достаточно убедиться, что это – его сын, чтобы временное попечительство признали недействительным.

Был бы здесь Георгий…

Я оборвала саму себя! Георгия здесь не было, так что проблему предстояло решать мне.

Сказать так легко. 

Перебирая варианты, я лихорадочно искала выход.  

Просить маму Лизу или кого-нибудь из девушек-горничных? Или Степана – лакея, служившего в доме уже полтора десятка лет и давно доказавшего свою преданность нынешнему графу Орлову? Или просто встретиться с Алиной в какой-нибудь лавке, выйдя оттуда уже с мальчиком?

На первый взгляд они казались разумными, но стоило мне представить, как всё будет происходить воочию, и от идеи я отказывалась.

Я уже почти отчаялась, когда вдруг вспомнила о визите в дом моих родителей. 

- А знаете, что мы сделаем? – довольно произнесла я, признав, что при должной осмотрительности у нас могло получиться. – Завтра, ровно в половине двенадцатого, вы должны быть  у особняка Красиных. Оденьте Влада попроще, чтобы он мог сойти за сынишку Степана. Когда, выезжая, карета остановится у ворот…

Алина уже давно ушла, а я все стояла у окна кабинета и смотрела на двор.

И дочка, по которой я успела соскучиться. И чужой сын Влад, для которого я должна была стать заступницей.

Боль от утраты они не уменьшали, как и беспокойства за мужа. Если только отодвигали их на второй план, сделав, пусть и немного, но менее важными.