Не верь мечтам

Ради такого Эйн нашёл в себе силы поставить щит и подошёл ближе. Деминиэль втянул голову в плечи и расстегнул рубашку, демонстрируя распухшее плечо левой руки с одной-единственной едва заметной красной точкой.

— Эйн? — обернулся Имир и посмотрел вопрошающе.

— Гуманнее всего убить его быстро, — мёртвым голосом отозвался он.

Всмотревшись, я почувствовала, как леденеют конечности. Я знала этот взгляд. Видела в прошлой жизни. Так врачи смотрят на пациентов, которым ничем не могут помочь. Деминиэль в глазах Эйна был уже мёртв.

— Себя убей, гниль тёмная! — огрызнулся Деминиэль.

— Помните, что я говорил в самом начале? — таким же безжизненным и холодным голосом спросил Эйн. — Не позволять себя кусать ни единой мошке.

— Когда это случилось? — вопрошал Имир пострадавшего.

— В лесу, когда щит упал, — несчастный испуганно прижал уши к голове.

— Они уже у него внутри — личинки укусившего насекомого, — безжалостно провозгласил Эйн. — Основная часть вокруг укуса, остальные распространились по телу.

Он говорил чудовищные вещи, от которых волосы вставали дыбом. Казалось, из фэнтези я перенеслась в какой-то кровавый хоррор. Меня зазнобило, Имир закаменел, а в глазах Деминиэля стыл ужас.

— А если вырезать или выжечь основной участок, а остальных попробовать вытащить магией? — спросила я робко.

— Тэя, — посмотрел на меня Имир с отчаянием, — даже будь у меня полный резерв, я бы такую ювелирную работу не осилил. Я вообще не уверен, что такое возможно.

— Эйн, а как скоро погибали укушенные? — спросила я.

— По-разному, зависит от выносливости и поражения организма, — вздохнул он.

— Выжигайте, — подал голос Деминиэль. — Чем меньше их будет, тем у меня больше шансов выжить. Выбраться отсюда и успеть добраться до Светлого Леса.

По лицу Эйна было видно, что он считает надежду пустой тратой времени и лишними мучениями для жертвы.

В зубы Дэминиэля сунули его собственный сюртук, скрученный в жгут, а мне и Имиру было велено крепко его держать. Заодно Имиру пришлось и за щит отвечать.

Дальнейшее мне будет сниться в кошмарах до конца жизни. Стоило магическому огню коснуться кожи, как Деминиэль выгнулся дугой и заорал в тряпку, а по воздуху поплыл тошнотворный запах палёной плоти.