Странница. Дорога домой

Мне принесли всё тот же хлеб с водой, а горшочек вынесли. И то хорошо. А то я переживала, что никто этим заниматься не будет.

Когда вокруг непроглядная тьма, сложно следить за временем. Казалось, оно растеклось чёрной масляной лужей и не двигалось вовсе. Я приспособилась ориентироваться на похитителей, которые приходили ещё дважды с едой, а в третий приход снова вынесли горшочек.

Всё прочее время мне оставалось сидеть и пялиться в темноту. Очень быстро она стала наполняться знакомыми образами. Перед глазами промелькнула задумчивая Лара, следом показался смеющийся Эдерн, за ним внимательно смотрящий Горон.

Чаще других я видела перед мысленным взором Ленара. Наверное, впервые с отъезда из дворца у меня появилась возможность нормально подумать о нём. А может быть, мне мешало что-то другое?

Я не сомневалась, что он до сих пор находился во дворце. И Флена наверняка с ним. Это немного успокаивало. Возможно, так думать было эгоистично, но я надеялась, что она поможет пережить мой отъезд.

При мысли о Ленаре в груди заболело. А ночи, проведённые с Алесом, только добавляли боли. И сомнений.

Показалось, тьма передо мной злобно оскалилась. Или это была издевательская усмешка? Я обняла согнутые ноги.

Я думала, что после разговора с Алесом мои чувства стали вполне определёнными. Тогда откуда сомнения и тоска на сердце?

Я упёрлась подбородком в колени. Тьма продолжала давить со всех сторон.

Стоило ли сейчас переживать о чувствах? Ещё неизвестно, выпутаюсь ли из этой переделки с похищением.

Если мои наблюдения за похитителями были верны, то сменился ещё один день. А на следующие сутки пришедший с факелом мужчина велел идти за ним. Легко сказать. Глаза за это время так привыкли к темноте, что огонь резал их до слёз.

Я сделала ставку, что приехали те, кто велел меня похитить, но ошиблась. В азартные игры мне лучше не играть.

Меня подвели к Линее, и мы снова двинулись в путь теперь уже в ту сторону, куда я убегала. Получается, похитители что-то выжидали или таким образом пытались сбросить хвост. То есть Алеса. Я крепче сжала поводья, не позволяя фантазии разойтись. Мне и так с лихвой хватило двух суток наедине с собой.

Пять следующих дней мы размеренно пересекали пустыню. Под конец, когда мы остановились на очередной привал, мне надоело изображать покладистую мышку.