Охота на невесту огня

Нога девушки подвернулась, и она полетела вниз, не касаясь ступеней. Следом огромными скачками бежал кот. Вокруг все померкло.

Но проснулась Эрна не от этого, а от того, что кто-то до боли знакомым голосом противно орал на ухо:

– Эрна! Эрна, вставай! Да вставай же, тебе говорят.

Она суматошно подскочила и какое-время пыталась просто понять, что вообще происходит. Вокруг стоял мелодичный тревожный перезвон. И в такт этим звукам капризный высокий детский голос читал странную считалочку. Медленно читал, повторял раз за разом четко, монотонно произнося каждый слог.

От холодного безразличия, сквозившего в каждом звуке, становилось жутко.

Приходили гости в ночь,

Утром уходили прочь,

Раз, два, три, четыре, пять,

Их не надо выгонять…

В суматохе Эрна начала собирать вещи. И вдруг к звону и считалке присоединился еще один звук – размеренный стук каменных шагов. Девушка резко обернулась. Одна из статуй оборотной стороны – невеста ветра –входила в арку.

В ладонях она держала выросший раза в три смерч.

Статуя улыбалась. У Эрны волосы на голове начали шевелиться от страха.

– Бежим, – взвизгнул кот. Шерсть у него поднялась дыбом. Как и все коты в мире, он пытался казаться страшным, но глаза его постепенно наполнялись животным ужасом.

Эрна подскочила, запихнула оставшиеся вещи в сумку и рванула к выходу. Кисун прихватил зубами забытые ею впопыхах сапожки и, стуча каблуками по плитам, потащил их за собой.

Каменная невеста вышла из храма, когда они уже почти преодолели ступени. Она рассмеялась и дунула на ладонь.

Смерч сорвался с каменных рук. Тугой звенящий поток подхватил друзей и единым порывом вынес за пределы храма, протащил над древней дорогой и выкинул в том самом месте, откуда они на эту дорогу попали.

– Прочь! – прозвучало напоследок в голове Эрны.

Их окружал самый обычный лес с дрожащей от ветра листвой, пением птиц и писком кровососов. Лес как лес, и никакой магии, никаких призраков, никаких оживающих статуй. Друзья в изнеможении повалились на землю, как вдруг из пустоты раздался заливистый смех, а над травой полыхнуло пламя, от которого совсем не исходил жар, которое не подпалило ни одной травинки.

Потом пламя разом опало, оставив после себя кувшин с водой и салфетку со снедью, забытую на алтаре огня.

– Что это, если не любовь, я вас спрашиваю? – глубокомысленно заявил кот и совсем нелогично добавил: – Налей молока.

– В лопату? – усмехнулась Эрна.

– А куда же еще? – кот совсем по-человечьи поднял бровь.