Моя графиня марширует

-Вы боитесь за неверность? – О чем эти короли говорят? – Вы оскорбляете меня, как отца воспитавшего дочь! Она для меня дорога и любима!

-Дорога? – усмехнулся тан Сивона, - так почему вы не поможете своей дочери? Августин, вы же можете с легкостью приказать ей распрямиться. Тан Райдо, вы на своей земле и вправе отменить установленные правила этикета, не нарушая традиций и не оскорбляя меня…

Тишина опять заполнила комнату.

-Дитя мое, встань, - задумчиво и раздраженно сказал отец, и девушка с радостью выполнила приказ.

Северин Вильк встал с кресла и поставил нетронутый бокал на столик. Этот северянин не доверял никому, поэтому до сих пор ходил живой. Кольцо на его руке блеснуло, будто подмигнуло Росице, и она почему-то покраснела. Нельзя засматриваться на мужские руки!

- Благодарю, тан Августин, за прием и желаю откланяться перед вами. У меня есть несколько задумок, которые можно провернуть и без вашей помощи.

Северин легко кивнул головой и ушел. Августин скривился и посмотрел на свою дочь. На его лице появилось пренебрежение.

-Ты разве не могла найти платье получше? Завесила себя какой-то тряпкой, даже вырез за украшениями не видно. Если хочешь чего-то добиться – крути больше грудью и бедрами! – Раздраженно крикнул отец, а девушка покраснела и склонила голову в знак смирения. – Шора! – Позвал Августин свою жену, а точнее мачеху девушки. – Шора, мне нужно, чтобы к завтрашнему утру Росица получила мужа – тана Сивона!

Молодая женщина двадцати двух лет сама ожидала ребенка и была девятой женой тана Райдо.

Отдав приказ, Августин ушел продумывать план водворения себя на трон объединенных земель. Он хотел приручить северян и их силу. Но как он знал, это делалось очень древним способом – сражением.

У народа Сивона были не просто древние традиции и варварские взгляды. Сивон сам по себе не был королевством, а был лишь очерченной частью на карте мире. В этом слове «Сивон» были племена… разрозненные племена, которые жили автономно друг от друга. Народы Сивона редко сталкивались в боях, но все же это случалось. И тогда из истории вычеркивалось все проигравшее племя. Дипломатией никто не мог добиться содружества с Сивоном.