Повариха

Мирабель быстро утомилась, ларец оттягивал руки так, что болели плечи. А Алтушка, словно резвая кобылица, скакала и не ведала усталости. Эльфийка вытерла пот со лба и подумала: «Сейчас бы вздремнуть часок». Она наклонилась и зачерпнула воды из бочажка и поднесла ко рту.

— Ты что творишь, дура?! — повариха, не услышав стоны напарницы, оглянулась и застала её врасплох.

— Пью, — ответила эльфийка.

— Нельзя пить болотную воду! Об этом даже маленькие дети знают.

— Да мне плевать! — Мирабель демонстративно выпила и зачерпнула ещё воды.

Алтушка решительно направилась к эльфийке, но не успела. Мирабель подхватила ларец и прыгнула на соседнюю кочку. Повариха плюнула на неё, и они продолжили путь. Вскоре Мирабель почувствовала необычайную лёгкость, хотелось петь и танцевать.

— Стой, дура! — закричала повариха и бросилась вслед за беспечной эльфийкой.

Мирабель ощутила прилив сил, серое болото раскрасилось радужными цветами, а над головой летали маленькие птички. Эльфийка запела, начав кружиться на кочке.

— Посмотри, какая красота вокруг!

— Нагляделась уже, — скорбным голосом произнесла Алтушка и стукнула Мирабель кулаком по голове.

Эльфийка открыла глаза, жёлтая луна низко свисала над болотом. Под ухом натужно квакали лягушки Мирабель приложила руку ко любу, пытаясь унять головокружение. Она попыталась приподняться, но тяжёлая рука тролльчихи остановила девушку.

— Не дёргайся, птичка певчая, — сказала Алтушка.

— Почему сейчас ночь? — удивилась эльфийка.

— Что, подзабыла, как скакала, будто лань недобитая?

— Я ничего не помню, — жалобно простонала Мирабель, она почувствовала, как болит тело.

— Водички болотной дать попить? — язвительно спросила Алтушка.

Лягушка продолжала квакать, вызывая головную боль. Эльфийка попыталась нащупать её рукой.

— Я думала… — попробовала Мирабель оправдаться.

— Не надо думать, — перебила эльфийку Алтушка.

Мирабель наконец нащупала лягушку, схватила её за ногу и отшвырнула прочь от себя. Не прошло и мгновения, как место товарки заняла другая, квакая ещё громче. Эльфийка обессиленно простонала.

— У нас осталось что-нибудь покушать?

— У нас?! — передразнила её повариха. — Можешь на дне трясины поискать, глядишь, не глубоко ушло.

— Ты потеряла корзинку? — сама мысль не укладывалась в голове Мирабель.