Кровавая Ведьма

— Может, сперва добренькой будет. А потом, как та, жизнь из нас тянуть станет!

— Дело ваше, — пожала я плечами, чувствуя от слов селянки не досаду, а какое-то странное опустошение. Только список трав, который успела накидать на листке замусоленным карандашом, пока они болтали, магу протянула. — Появится желание лечиться, травяной сбор он вам составит. Уж имперскому-то магу всяко вера есть, не то, что ведьме пришлой. Он вас точно травить не станет.

— Обидчивая какая, — восприняв мои слова по-своему, покачала головой Людвига.

— Премного благодарен, — едва склонил голову тот. А после, едва дождавшись, пока кухарка скроется из глаз, придержал мою руку, собирающуюся открыть очередной сундучок. — Ник, на сегодня хватит.

— Чой-то? — удивленно глянула я на него. — Еще только полночь. Эдак, к завтрему и половина отваров готова не будет.

— Я сказал, хватит, — с нажимом повторил Ирбис, не отпуская. — Иначе выгоришь.

— Пустяки. Бывало и хуже.

— Нет, — окончательно отцепляя пальцы от приглянувшегося мне ларчика, Белый Ирбис мягко, но непреклонно указал в сторону двери. — Ты идешь спать, Ника, и это не обсуждается. Волк мне голову оторвет за твоё истощение.

— Оторвет он, как же, — вот хотела, дурында, промолчать, но обида, скопившаяся за день, так и соскользнула с губ! — Ему до меня дела нет.

— Лиса больше слушай, — как-то сразу догадавшись, о чем я, коротко хмыкнул маг.

— А кого мне слушать? — не выдержав, подняла я на него усталый взгляд, из последних сил стараясь, чтобы голос мой не звучал совсем уж жалко. — Ты и то молчал до последнего, что за мной охота идет.

— Никуш, — сдавшись, мужчина со вздохом притянул меня к себе и крепко обнял, как маленького ребенка. — Я вынужден был молчать. И сейчас не могу сказать тебе о многом. Но, поверь, не всё так плохо, как тебе кажется.

— Слова-то ты ласковые на ухо мурлычешь, — недовольно проворчала ему в рубашку, некогда белоснежную, а теперь всю пыльную, серую из-за длительных подсобных работ.

— Реальность всегда не такая, как кажется на первый взгляд. И мы не такие, как ты думаешь. Даже Волк. Он искал тебя все эти годы упорнее других.

— Угу. Искал, чтобы снова принести в жертву!

— Доминика! — видимо, устав от моих истерик, Ирбис отстранился и посмотрел на меня с такой укоризной, как умел только он. — Душа моя.