Княжна

Ты хоть понимаешь, что наделал? Как ты мог? Мужчина, мой сын! Я сделал это для тебя, доверил ее тебе, был уверен в твоем здравомыслии…

- Я уже объяснял вам, что это сделал не я! Сколько можно?! Я поручил Алберту встретить ее и просто отправить обратно. Я не думал, что он так рассвирепеет. Она ударила его, вот он и…

- Она сопротивлялась насилию, хотя была совсем беспомощна после перехода.

- Она разодрала ему лицо и отбила пах. Он сказал, что просто хотел наказать ее, но потом возбудился и не смог остановиться – девка оказалась совершенно голой.

- Это не девка, сын... Это была мать твоих будущих детей и моих внуков. Теперь это человек, который возненавидит тебя всей своей душой и смысла в том, чтобы и дальше удерживать ее здесь, я не вижу. Вылечим и отправим обратно. Всему есть предел и моему терпению тоже... я лишаю тебя наследства, а титула ты лишишься с моей смертью - он перейдет к новому хозяину состояния, – устало и обреченно звучал глухой голос.

- Ты знал, что у меня сейчас есть Алисия! Что мне вообще не нужна жена! Зачем ты затеял все это? Думал, что я увижу ее и впечатлюсь? Да я вообще не терплю брюнеток! А эта еще и толста, а страшна, как… - обладатель молодого голоса едва не поперхнулся от избытка чувств.

- Твой образ жизни и то, как ты меняешь своих пассий… Алисия просто хитрее других, а так – это просто череда смазливых искательниц титула, а то и просто шлюх. Я говорил – твоей судьбы не было в нашем мире. Были варианты, из них святые отцы выбрали в другой реальности лучший, идеальный – эту женщину.

Она и не может сейчас быть красивой – сломан нос, гематомы, отеки. И она не толстая, просто не заморенная голодом и не затянутая в корсет. И волосы у нее роскошные. Ты как будто и не глуп, но сейчас ведешь себя странно, будто капризный ребенок. Сейчас речь не о наших отношениях – о твоем будущем. Ты хоть понимаешь, что это Предназначение? И я опять спрашиваю тебя – может, ты еще передумаешь? Может быть, когда мы все ей объясним, она сможет простить тебя? - обладатель тоскливого, усталого голоса все пытался достучаться до сына, уговорить его.

- Исключено! Она мне противна. Она осквернена, грязна, отвратительна. Даже под страхом лишения наследства я не соглашусь на этот брак. Есть, в конце концов, наследство матери, но я проживу и без него. Извини, мне пора.

Звук твердых, четких шагов удалялся. Дверь скрипнула и установилась тишина. Потом послышался тяжелый вздох, шорох, скрип кресла и тихий плач мужчины, который он пытался подавить и не мог.