Вороны вещают о смерти

Шелест ветра в высоких кронах, скрипы и далёкое уханье совы наполнили темное пространство. И чем больше отдельных звуков я различала, тем дальше отступали страхи. Стало так спокойно, даже уютно. И нестерпимо захотелось спать. Я опустилась на мягкий мох, прижалась к нему щекой. Пушистые ворсинки щекотали кожу. Пахло землёй и сыростью. Засыпая, я вдруг поняла, что это лучший запах из всех.

Глава 9. Голоса трав

Когда вновь открыла глаза, лес окутывал привычный полумрак. Я полежала немного неподвижно, наслаждаясь ощущениями.

Все вокруг звучало: трава, деревья, туман, что неподвижными молочными озерами устроился в низинах. Я не видела его. Чувствовала. И у каждой частички природы собственный голос.

– Огниша? – раздалось совсем близко, прямо за спиной.

Я лениво поднялась и обернулась. Стёрла сон с ресниц и бурую хвою со щек.

Лихо сидел неподалеку, укутавшись в зелёную мантию. На лице отражалось беспокойство вперемешку с облегчением.

– Давненько не доводилось мне спать так крепко и спокойно. Теперь понимаю, почему Рябина частенько уходил в леса.

– Зов леса со временем станет лишь сильнее, но не стоит ему поддаваться, – предостерег Лихо.

– Знаешь, когда я засыпала, думала – навсегда. Но мне было все равно.

– Это испытание. Волхв не боится смерти.

– Потому что знает, что душа бессмертна… – тихо заключила я и поняла вдруг, что теперь эта простая истина откликается в душе совсем по-иному.

Лихо серьезно кивнул и добавил:

– Но также волхв ценит эту жизнь и не стремится к следующей.

– Знаю. У меня ещё столько всего впереди. Я рада, что проснулась.

– И я тоже.

Мы сидели в полушаге друг от друга. Я могла видеть, как по мантии Лихо медленно ползет паук, как крохотные жуки копошатся в листьях. Как переливаются в тусклом свете всеми оттенками серого его длинные пряди, и как лёгкие потоки ветра шевелят их, открывая неровный шрам, тянущийся ото лба до щеки.

Я протянула к нему руку ладонью вниз и остановила на полпути, давая возможность самому решить. Лихо помедлил мгновение и потянулся черными пальцами к моим. Несмело, с вопросом во взгляде и опаской навлечь беду. Коснулся сначала кончиками – легко, еле ощутимо. Потом пальцы скользнули в мою ладонь. Такие холодные, словно рука мертвеца. Удивительно нежные.