Мёртвое сердце

Потому я покорно хватаюсь за резкий скалистый край, с которого совсем недавно сорвалась, подтягиваю собственное тело вверх и выбираюсь из той ямы, в которую хоть и неосознанно, но погрузила себя. Ступни согреваются в тёплой воде с поднятым со дна песком. А слух наполняется сотней различных звуков. Птицы, ветер, даже крики в отдалении казались чем‑то небывалым, словно выплыв я вернулась в реальный мир.

Волк, прорычав что‑то, смотрит на меня в упор. Я была не против. Даже наоборот, теперь моя жизнь была подвластна ему, а значит я в безопасности.

***

Как только я открыла глаза, мир затопило ярким солнечным светом. Для того чтобы сосредоточиться мне пришлось сесть и оглядеться. Я все еще была на широкой ветке груши с пустой корзиной.

Сколько же времени я проспала? И почему меня не разбудили? Солнце было в зените. Я порадовалась тому, что уснула в густой листве, иначе вместо меня тут был бы обуглившийся шашлычок.

Выбора у меня не было, так что я сняла с ветки корзину и начала спускаться вниз. Надежда на лестницу оставила меня спустя две ветки.

Ступив на нижнюю ветвь я оказалась метра на три выше земли. И это было плохо, потому как была вероятность упасть неправильно и сломать что‑нибудь нужное для жизни. А с моим везением это было опасно втройне.

На земле, правда, лежала та самая лестница. Видимо подумав, что будить меня глупо, служанки решили лестницу оставить.

Думала я долго. У меня был крайне пренеприятнейший выбор из двух зол: прыгать и ломать ноги или же сидеть и ждать помощи. Сперва казался нормальным первый вариант, но природная "Страшимость" сковала тело, ледяным змеем засев в животе. Потому я села на ветку и решила… поесть груш. А что? Не пропадать же добру!

– Говорил я Асгарду, что его наказания бесполезны, – послышалось снизу, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

Я вскочила на ноги и обрадованно посмотрела вниз. Почти у самого ствола стоял Лорд Вольтер и внимательно разглядывал меня. Щеки мои заалели, а надежда на спасение сошла на нет. Мужчина, конечно, спасал меня прежде, однако сейчас же это казалось несбыточным. Скорее он уж посмеётся над моей ситуацией и уйдёт рассказывать отцу, что я опять куда‑то вляпалась. Почему такая ассоциация? Наверное, я не хотела доверять ему после того, как его боялась Арья.