Мёртвое сердце

Императрица неожиданно скончалась в тот же год, оставив после себя лишь несовершеннолетнюю дочь – кронпринцессу. Поправ все обычаи траура, Норвилас Селитра женился на бедной дворянке, сделав её с легкой руки Единственной Императрицей в государстве, где многоженство является скорее правилом, чем обычаем. Бунты и восстания аристократии утихли лишь спустя два года, однако лозунги в честь принцессы Марконтьяр все еще звучали по кабакам и подворотням. Новая же глава драконов, прозванная в народе Королевой, не скрываясь, приняла бразды правления на себя, подчинив волю Императора.

– Лорд Магистр, то, что Корделия собирает армию, ни для кого не секрет! Мои разведчики своими глазами видели, как драконы вербуют преступников в кабаках столицы империи Кранадре! – возмущённо воскликнул гном.

Гархвандр стукнул кулаком по столу, желая привлечь внимание зашептавшейся аудитории, но его голос и так был самым звонким и бойким, а потому и единственным различимым. Правящие уставились на главу Деймоса, жаждая как минимум понимания во взгляде.

Себастьян Райдер определенно боялся войны. Земли Магистрата, подвластные лишь ему, никогда не защищались от нападений. И все потому, что власть рода держалась на силе – наследник всегда был сильнее отца. Затор в механизме учинили Вольтеры, придя на Деймос недавно, демонстративно не подчиняясь жестким правилам Магистра. К власти этот род не стремился, из‑за чего Райдеры могли вздохнуть спокойно. Однако, Вольтеры все ещё оставались бельмом на глазу, развернув неожиданно успешную торговлю с Фобосом и, вопреки законам, учредив собственную постоянную армию.

В любом случае, сказать или даже намекнуть на это ему никто не решался, по большей части из‑за тех же слухов. Сильнейший чёрный маг обрёл прозвище Темный Князь, а слухи о его жестокости и безжалостности разлетались даже быстрее россказней о Королеве, собирающей поход на Эльфийский лес.

Не смотря ни на что, Лорд Райдер желал обезопасить себя от военных действий, игнорируя острый дамоклов меч, висящий над его головой и "не замечая" очевидных фактов.

– Как будто они раньше этим не занимались! – выкрикнул Магистр, пытаясь заткнуть очередную гегемонию, – к чему разводить панику? Пока нет объявления войны, ваши речи бессмысленны.

Гомон сразу же стих, словно сидящих здесь в единый миг лишили кислорода.