Та, единственная ведьма

Блин! И что же теперь делать? Напоить его? А что потом? Охмурить этого парня у меня не получится, а ведь главная моя задача практически в этом и состоит.

Мы поспорили на поцелуй, и всё бы ни чего, если бы этот поцелуй не должен был «подарить» мне этот самый первый вошедший. Кто ж знал, что им окажется ДЕЛ! Любого другого загипнотизировать или просто очень-очень хорошо попросить — и всё было бы в шоколаде, но этот! Для него мои задатки как шалость букашки. Мало того, что он и сам маг разума, так и мои начинания в плане гипноза не далеко уползли.

— Слушай, Дел, — начала я, наклонившись над столиком и чувствуя себя до невозможности неловко.

— Да? — тут же откликнулся он, всем видом выражая крайнюю внимательность и явно просекая, что условие спора связано непосредственно с ним и это что-то непременно должно быть очень забавным, раз я так неуверенно себя веду.

Однако у меня не получалось быть уверенной и напористой.

— Мне нужно с тобой... эм... поговорить. — Так глупо я не чувствовала себя, пожалуй, никогда.

Очаровать демона, который на дух тебя не переносит и к которому ты, собственно говоря, испытываешь взаимные чувства, оказалось для меня сложнее, чем я думала. Ещё и приглушенное хрюканье со стороны Торена и этот издевательски смеющийся взгляд изумрудных глаз никак не давали настроиться на нужную волну и, наконец, не выдержав, плюнула на это неблагодарное дело.

— Нет, — уверенно произнесла я, отрицательно крутя головой и отклоняясь обратно к спинке лавочки. — Уж лучше желание Торена.

И тут упомянутый демон всё-таки не выдержал и в голос захохотал. С выражением полного провала на лице я наблюдала за этой картиной, изредка вздыхая. Дел, как и всегда, с усмешкой наблюдал за мной, что не могло не нервировать. А Серж... а Серж с хитро-загадочной миной переводил взгляд с меня на Торена, с Торена на меня и снова обратно.

— И что же всё-таки было в этом споре? — спросил друг, когда смеяться сероглазый уже не мог и лишь беззвучно подергивался.

— Это секрет! — незамедлительно отозвалась я. — Хотя тебе я, быть может, потом расскажу.

Кто-то снова попытался заржать.

— Это было единственное исключение! — грозно пояснила я смеющемуся.

— И это исключение — я? — самодовольно поинтересовалось то самое единственное.

Бросила злой взгляд в сторону сказавшего, но отвечать ничего не стала.