Огонь, Вода и Медные Порталы

Сердце Насти пропустило удар и сжалось в болезненном предчувствии, но Настя отогнала от себя дурные мысли.

Женщины, не сговариваясь, выбежали на крыльцо. Навстречу вернувшимся с победой дружинникам изо всех хором, со всех крылец и подклетей бежали люди, приветствуя своих защитников. Зажигались факелы. В столовой избе накрывались столы. Откуда ни возьмись, уже неслись туда жареные гуси, сельдь, квашеная капуста с мочёными яблоками, малосольные огурцы, разной степени посола икра осетровая, белужья, севрюжья, стерляжья, щучья, сдобренная перцем и луком.

Катились бочонки крепкого мёда. Сновали мальчишки, неся из стряпной избы блюда с копченой рыбой: лососиной, белорыбицей, осетриной, белужиной. К рыбе этой подавали ботвинью.

Шум, гомон, радостные возгласы и стоны, смех и плач разом наполнили княжеский двор жизнью и суматохой.

Настя стояла на высоком крыльце, прижав к груди руки. Замерев, вглядывалась она в спешивающихся, обнимающих своих близких, всадников. Сердце забилось в радостном, сладком предвкушении: совсем скоро она увидит Ванечку.

Настя еще внимательнее вонзилась глазами в открытые ворота и прибывающих мужчин.

Но где же Ванечка?! Настя гнала от себя тревожное предчувствие беды: с Ванечкой не могло случиться ничего дурного! Ванечка жив, точно жив! Уж она-то знает наверняка!

Пропустив во двор все телеги с ранеными, вокруг которых тотчас же начал колдовать Огневед, ворота заперли.

Настя не заметила, как до боли закусила зубами ребро ладони, чтобы не закричать… от боли и ужаса, насквозь пронзивших всё её тело.

Выпустив ладонь, она опёрлась руками о перила и начала дышать.

- Дыши! Дыши! – бормотала сквозь катившиеся по щекам слёзы. – Ванечка жив. Ванечка жив. Конечно, жив!

- Настюша, деточка, - издалека слабо доходили до её сознания слова Лукерьи. – Ты его пропустила просто. Посмотри, сколько народу! Сразу-то и не разберёшь.

Настя вытерла слёзы и кивнула, то ли Лукерье, то ли своим мыслям. Стала быстро спускаться с крыльца, направляясь туда, где раненым помогали спуститься с подвод и перейти в казармы.

Лежачих же аккуратно снимали с телег на деревянные носилки и разносили по другим помещениям, где за ними будет уход и помощь в выздоровлении.

Руководил здесь Огневед, осматривая раненых и раздавая указания:

- В стряпной избе стоит чан с отваром. Берите ковши, напоите всех раненых, - обращаясь к толпящимся рядом девушкам. - Вот этого в мой терем, - к двум мужчинам с носилками. – И этого тоже.