Она пришла с Земли. Дуэлянтка

— К ван Теронам?! — Материнский крик, высокий и пронзительный, взлетел под потолок. — Променяешь отцовское поместье на их проклятую пустыню?!

***

Оазис впечатлял.

По словам Шона Лера представила, что его родители живут этакими отшельниками и пытаются с помощью магии растить сад. В воображении рисовался клочок зелени посреди пустыни, но открывшаяся взору долина была далеко не клочком. И там буйствовала жизнь. Наверное, взлети высоко-высоко, всю эту растительную массу увидишь словно бы изумрудом в оправе из желтых песчаных хребтов.

На один склон взбирались маленькие беленые домишки, будто кто-то рассыпал жемчуг. И «жемчужин» было много! Лера не стала считать, но навскидку выходило не меньше сотни. Это сколько же тут людей трудится! Вот тебе и родители-отшельники...

Лошадка еще ускорилась и бричка покатила вниз, в долину, скрипя как-то отчаянно и весело. Леру охватило нетерпение. Зелень ласкала взгляд, одним своим видом дарила успокоение, и хотелось быстрее спрятаться от палящего солнца в ее прохладе и свежести.

Однако вблизи картина оказалась не столь радужной. Стало видно, что траву и листву покрывает бурый налет, а множество деревьев поломано. Слышались голоса и стук топоров — люди расчищали сад.

По саду ехали медленно и молча, провожаемые поклонами рабочих, когда те узнавали Шона. Пахло свежей древесиной и цветами. Птицы перекликались тревожно и вопросительно, будто проверяли, кто где, кто жив, у кого какие потери.

Дорога — ее, судя по лежащим на обочинах ветвям и стволам, тоже пришлось освобождать от завалов, — вывела к небольшому поселку.

Лера про себя назвала его дачным. Причем, «дачники» явно люди не бедные. Десять двухэтажных каменных особняков стояли вдоль дороги, заборов не было, но каждый из домов имел собственную и довольно внушительную придомовую территорию, какие-то хозпостройки и был окружен плодовыми деревьями, подстриженными кустами и газонами. Что это, если не дачи зажиточных горожан? Правда, теперь все было серо-бурым, пыльным. ..

Шон направил лошадь к крайнему коттеджу. Он тоже был покрыт слоем пыли, и лишь несколько окон на втором этаже особняка сверкали, отмытые до прозрачности. В одном проеме на подоконнике сидела полная женщина и усердно драила стекло. Заслышав шум подъезжающей брички, она глянула вниз.

— Лэр Шоннери! — всплеснув руками, женщина едва не сверзилась со своего насеста. К счастью, уронила только тряпку.