Нисхождение короля

Селеста огладила пышное тёмно-зелёное платье, пригладила распушившиеся волосы, провела рукой по взмокшей шее и упрямо поджала губы.

– Я требую объяснений, мой король, – решительно заявила она, вздёрнув подбородок и скрестив руки на груди.

Никлос устало мотнул головой, опускаясь на один из розовых диванчиков. Подтянув поднос с чашками, налил себе крепкого чая. Ему до смерти хотелось пить, а ещё чтобы этот день не заканчивался. Он желал определённости в своей жизни, но Селеста с лёгкостью разбивала все его желания.

– Помнишь Ниркеса? Он заговорил. Назвал имя Барбской. Тогда выяснилось, что мать девушки – сестра Брошина.

Никлос, залпом допив чай и съев одну из булочек, рассказал Селесте всё, что удалось узнать о прошлом Винелии. И о том, что у неё был роман с Артаном, и что благодаря ему, она попала во дворец, и что, возможно, была секретным агентом своего дяди. Селеста опустилась напротив короля, сцепив добела пальцы. Упрямая мина не сходила с лица подопечной, и она всё время порывалась возразить.

– Всё это лишь косвенные улики. И причём здесь Артан?

– Ревность – хороший инструмент, Сэлли, – пожав плечами, ответил Ник, а потом помрачнел. – Есть и прямая улика, о который ты забыла упомянуть.

Девушка сильнее нахмурилась, а потом прозрела, холодея. Она вздохнула, вбирая в себя много воздуха, а потом наклонилась вперёд, будто потемнело в глазах.

– Она говорила с тобой перед отъездом.

– Я сказала ей, куда направляюсь, – глухо подтвердила девушка.

– Однако, я всё равно считаю, что этого недостаточно, – горькая улыбка скользнула по её губам. – Мы уже знаем, как хитры эти морвиусы. Они могли подставить её.

– Могли. Мы во всём разберёмся.

Никлос и Селеста синхронно посмотрели в окно, где молочное небо вбирало в себя всё больше и больше тёмных тонов, готовясь отпустить свет и выпустить тьму. Также синхронно они выпили ещё настойки, и немного выдохнули. Несмотря на всё, что происходило между ними, связь ариуса и нориуса держала их рядом, как бы сильно Селеста ею не противилась.

Время застыло, заряжая молчание всеми невысказанными мыслями драконов.