Тридцать четыре Ёжки для Кощея. В погоне за женихом - 3

— Ты подумай, ирод о хозяйке своей, поди соскучилась она по тебе! Тоскует, места не находит, а ты вовсе к ней не торопишься, — приговаривала я, толкая его дрожащими руками.

Ещё немного усилий, и вроде он начал поддаваться…

— Давай, давай…— пыхтела я, едва не ползая перед ним на коленях.

Тут дверь в комнату открылась, и на пороге возник домовой, застав меня в позе копчиком вверх. Он не сразу понял смысл увиденного и по инерции радостно возвестил:

— Твой ужин, Мира!

Ответная реакция не заставила себя долго ждать.

— Ты… ч-чего там творишь?

Закрыв за собой дверь, Петруха подошёл ко мне и недоумённо уставился на сундук.

— Пытаюсь избавиться от старого хлама, — вдохновенно призналась я, и моя шпилька достигла цели.

Сундук дёрнулся, сделал небольшой рывок в сторону и опустился в опасной близости от моей ноги. Какой обидчивый. Меня из-за него удар хватит.

— Он не хочет выбрасываться, — глупо вытаращился на меня Петруха.

— Придётся, куда деваться, — прошипела я, обращаясь исключительно к бабулиному соглядатаю.

— Зачем? — завис домовой, хорошо хоть поднос не выронил из рук.

— Бабушка заботиться просила, — подавив смешок, пояснила я.

Поясница затекла. Чтобы её размять, я выпрямилась и на всякий случай отодвинулась подальше от сундука. Сильно хмуря брови, Петруха подошёл к прикроватной тумбочке и водрузил на неё поднос.

— Странная у тебя забота.

Сколько мы были знакомы, но такого, похоже, от меня он не ожидал.

— Что не сделаешь ради любимых родственников, — хмыкнула я, провожая взглядом его удаляющуюся спину.

— Завтра увидимся, — бросил через плечо Петруха и, открыв дверь, вышел в коридор.

Меня как током ударило. Мысли листопадом закружились в голове. И как я раньше не догадалась? Я готова была расцеловать домового.

— Постой! Подожди меня! Я передумала причинять добро! — поспешила к выходу.

По комнате пронёсся шорох, как если бы кто-то облегчённо перевёл дыхание, подозреваю, он принадлежал сундуку.

Петруха круто развернулся и, стоя за порогом, придержал дверь. По его лицу было видно: он совсем перестал что-либо понимать.

— Тебе целители позволили выходить? Я думал, вам с Маришкой назначили покой. Может, лучше повременить с прогулками?

Вон чем объяснил Драгомир моё отсутствие.

— Не волнуйся, я буду осторожна. Долго задерживаться в замковых окрестностях не буду.